– И теперь возражать не буду, если не будешь так на меня смотреть и дурацкие вопросы задавать! – почти закричала она. – Твое счастье у меня в руках, а ты его не ценишь.
– Почему-то я тебе верю, – пропустив ее последние слова мимо ушей, проговорил я, – Не знаю почему, но верю. Может, мне просто не хочется, чтобы ты оказалась причастна к этому. А может, потому что ты и в самом деле не дура.
Я и не сомневался, что это не она, но надеялся, что она прояснит это дело или сболтнет чего лишнего. Ни того, ни другого не произошло.
– Ну а Молот-то тебе зачем? – широко улыбнувшись, спросил я.
– Работу ему хотела подкинуть, – буркнула она и, выстрелив в меня глазами, прокричала: – А тут ты со своими дурацкими вопросами!
– Что за работа? – Не скажу, что сильно этим заинтересовался, но и без дела сидеть тоже не хочется.
– Груз сопроводить. Интересно?
– А сама-то как думаешь? За это платят, значит, это интересно. Мне интересно все, что позволит убраться отсюда подальше.
– Что так?
– Да вот так. Не сработались мы с маршалом. Разозлился он на меня. Так что хоть Молота и нет, но рассказать, что за работа такая, ты можешь. Мы внимательно тебя выслушаем и подумаем, стоит ли за это браться.
И мы внимательно выслушали и, не думая ни секунды, согласились. Шепот слегка успокоилась, а когда напилась, то и вовсе целоваться полезла. Она висела на моей шее и нахваливала мои командирские способности. Я говорил, что опыта у меня нет, вот и ее заподозрил, а она утверждала, что все это не страшно и не стоит переживать из-за пустяка. Я и не стал переживать.
В середине пьянки вернулся пропавший было герцог и присоединился к нам. Шепот моментально утратила ко мне всякий интерес и целиком посвятила себя его светлости. Я не сопротивлялся и не ревновал, но и остаться одним им тоже не позволил. Едва только Шепот решила повиснуть на нем, я утащил герцога прочь и, уложив спать, вернулся.
– Знаешь, Медный, – заплетающимся языком проворковала она, – ты все же сволочь порядочная. То меня в покушении на Молота обвиняешь, то уводишь моего мужчину. Мне показалось, он был не против.
– Ты сама была бы против, кабы знала, кто это, – засмеялся я.
– И кто это? – равнодушно осведомилась она и побледнела, когда я сказал.
– Что, сам? – Хмель оставил ее.
– Именно! – Я гордо выпятил грудь и подбросил ей несколько ужасных подробностей.
– Вот уж не думала, – задумчиво обронила она, и мы переключились на Адель.
Все шло не так, как задумано. Как нарочно. Словно сговорились все. Интенданты не желали выдавать нам жалованье и провиант, монахи зажали одежду и оружие. Я потратил целый день, доказывая лысому, расплывшемуся монаху, что это именно мой меч, а не их святыня припрятана в подвале. Я ругался, угрожал, извинялся, вымаливал, требовал, ничего не помогало, только вмешательство все еще дувшегося на меня за испорченный халатик настоятеля помогло решить вопрос в мою пользу. Он лично отдал мне оружие с презрением, которое приберегал именно на этот случай. На прощание же предупредил, чтобы я не смел более осквернять его храм своим присутствием. Вот в этом мы с ним сошлись. Мне тоже не шибко хотелось осквернять свою кожу их бритвами.
С интендантами возни было больше, и, кабы не Лерой, мы бы просидели в Станрогте до зимы, но герцог включил связи и власть, и все решилось за два дня.
Сам герцог решил не ждать и, сославшись на срочные дела в Восбуре, укатил. Но мы и без него обошлись, его имени хватило.
Тем временем Шепот прислала весточку. Сообщила адресок купца и как нам его найти. Мы нашли и работу выполнили, а вот полученные деньги прогулять не успели. Шепот еще разок отписалась. И вот эта весть была поприятней. Она писала, что все дела свои уладила и может устроить мне свидание с Аделью. Вот только место странное выбрала. Форт Агмен, есть такой на краю Миарских болот. Старый и заброшенный, говорят, там призраки водятся.
Я туда не рвался, да и никто не рвался, а отказаться не получится. Письмецо без обратного адреса. Только приписка в конце «Встречайте. Шепот!», и все.
Тяжело вздохнув, я приказал Карманнику собрать новичков и гнать их в Беррой. Сам же с остатками отряда направился к форту.
Форт, это, пожалуй, слишком для сарая, стоящего на самой границе Миарских болот. Это когда-то, давно, был настоящий пограничный форт со всей необходимой ему инфраструктурой.
Но государство ширилось, укреплялось, и скоро он стал никому не нужен. И не был нужен до тех пор, пока не был построен Лесфад и тамошний князь не повелел проложить дорогу, соединяющую его вотчину и внешний мир. Тогда-то и вспомнили о форте, но ненадолго.
Болота штука непостоянная, не сидится им на месте, все куда-то надо ползти, чего-то затапливать. Постепенно они подтопили дорогу, а затем и проглотили ее. Тогда другой лесфадский князь проложил дорогу по северной границе болот. Дорога эта соединила Лесфад с Берроем, врезаясь в Берройский тракт там, где он огибает Ухорский котлован и уходит далеко на север от прямой линии. О старой дороге все забыли и о форте тоже.
