Между нами протиснулась операторша, профессионально осмотрела лежащую без сознания Аманду. Потом полезла в карман рюкзака.
– У нее снова приступ. Это бывает. Я сейчас вколю лекарство, но надо как можно быстрее отвезти ее в больницу.
– Сама справишься?
Авдеев с сомнением посмотрел на трясущиеся руки девушки. С другой стороны базы, за гарью и дымом, разгоралась стрельба.
– Давай лучше я. Куда колоть?
– Внутримышечно. Можно вот сюда, в бедро.
– Понятно, сейчас сделаю. Влад, срочно найди профессора. И сюда его. Бегом!
Я побежал, стараясь не упасть в воронки от мин и не напороться на валявшиеся повсюду искореженные куски железа. Обогнул почти целый бензовоз и в недоумении уставился на смрадно чадящую груду металла. Не сразу узнал бывшую машину связи. Мина, похоже, прилетела точно в КУНГ и там взорвалась. Кузов развернуло, как распустившийся бутон. Ящики с аппаратурой устояли, но их выгнуло и перекосило. Медленно пришло понимание, что найти профессора будет не так просто.
– Где Авдеев?
Я обернулся. Откуда-то из-под перекошенной стопки бетонных плит вылезал радист. Видимых повреждений на нем не было заметно, только грязь и пыль. И еще на ногу он опирался очень осторожно.
– Цел?
– Ничего серьезного. Помоги вытащить профессора.
Вдвоем мы выволокли несчастного Клампса на поверхность. С началом обстрела коллеги спрятались в канаве, но взрывом сдвинуло штабель плит, и профессора малость присыпало землей. Еще он порвал пиджак. Этим, по счастью, потери и ограничились.
А стрельба разгоралась. В несчастную машину-столовую снова прилетело, посыпались стекла, глухо застучали пробиваемые борта. Вот такое место несчастливое, ближе всего к забору.
– Авдеев приказал профессора привести к нему.
Бежать предсказуемо не получилось. Радист изрядно хромал, профессор пыхтел и кашлял, так что до командира мы добирались несколько минут. Капитан посмотрел на нас, скривился, потом произнес:
– Слушайте приказ. Этих троих доставить на базу. В «Северную Америку» или куда сами скажут. Они должны уцелеть. Любой ценой. Уцелеть, рассказать то, что здесь видели, и показать то, что отсняли. Это сейчас самое главное. В последний БТР прилетела мина, так что берите любой уцелевший транспорт. И вперед. Старший – Воронов. Задача ясна?
Я огляделся по сторонам. В десятке шагов догорал перевернутый «уазик», напоминающий дуршлаг «Урал» стоял на ободах разлохмаченных в труху колес. И, собственно, все. Другие машины были где-то там, среди ям, канав и огня. Хотя… Вон оно, знакомое вишневое квадратное рыло за кучей вырытой земли!
– Чуть левее взрывом сорвало секцию забора, можно выехать напрямик. До того холма, видишь, где три дерева, степь плоская как стол. Дальше вдоль оврага выберетесь на дорогу. Удачи.
– Серег, а вы-то как?
– Каком кверху. Воевать будем. Инвалидная команда погорелого театра. Тьфу!
Авдеев махнул рукой и убежал туда, где дым, огонь и выстрелы.
– Ну что, пошли грузиться. Радист, как тебя звать-то?
– Володя.
– Ну а я Влад. Будем знакомы. Берем аккуратно старушку и несем вон в ту машину.
Мы подхватили чуть порозовевшую после укола, но так и не очнувшуюся Аманду и понесли к «блюзмобилю». Машина на первый взгляд почти не пострадала от обстрела, только осыпалось еще одно стекло и осколком подрало заднее крыло.
– Бабушку на заднее сиденье. Мисс, садитесь рядом и придерживайте ее, особенно голову. Профессор, давайте вперед, рядом со мной. Володь, вытряхивай стекло из багажника. Да, спальник выбрасывай, сетку обрывай. Где-то там лежит чехол с автоматом и боеприпасы. Садись в багажник, будет у нас пулеметная тачанка все четыре колеса.
Пока народ рассаживался и готовился, я отогнул наружу сорванную секцию забора. Вдвоем было бы сподручнее, но радист занят, а профессор староват для тяжелой атлетики. Потолкал, подергал, вроде щель достаточная – пролезем.
– Готовы? Поехали.
Щели хватило впритык. Ободрал оба борта, потерял зеркала, но протиснулся. Сразу прибавил скорость, и, как оказалось, вовремя – пулеметная трасса подняла пыль где-то сзади. Проскочили зигзагом еще метров сто, перевалили за вершину холмика, и стрелять по нам перестали.
Операторша полностью отключилась от внешнего мира, все внимание уделяя хрупкому тельцу рядом на сиденье. А вот профессор быстро отошел от первоначального шока:
– Скажите, а почему мы уезжаем? Я вроде бы видел у вас на базе солдат? Может, стоило бы организовать оборону?
– У нас на базе есть солдаты, но нет телохранителей. И, если в бою кого-нибудь из вас убьют, будет очень обидно.
– То есть вы считаете, что при таком экстравагантном способе эвакуации наши шансы уцелеть выше?
– Не обижайтесь, профессор, мне сейчас немного не до того. Вернемся – сами посчитаете свои вероятности.
– Я бы мог стрелять! Я в армии был неплох на стрельбище!
– Автомат у нас один. Из пистолета сможете?
– Конечно.
