Добежал до машины и прыгнул за руль. «Блюзмобиль» отозвался на поворот ключа сытым урчанием и недовольно взрыкнул, когда я притопил газ до половины. Мы обогнули взгорок, прохватили немного вдоль обочины и пересекли канаву. Все, теперь пора спешить! Дорога позволяет, задача сохранить подвеску не стоит.
– Держитесь крепче. И поглядывайте направо, там может быть погоня.
Мой боевой экипаж и так ехал пристегнутым, а сейчас и вовсе вцепился во все доступные ручки и ремни. Я вдавил педаль до пола. «Маркиз» зарычал рассерженным тираннозавром и начал разгоняться.
Гонки по грунтовке – так себе занятие. На любителя, прямо скажем. Особенно на легковой машине. Но другого выхода не было. Мелкие неровности «блюзмобиль» глотал, не замечая, на крупных подвеска пробивалась, кузов подпрыгивал и качался.
Не успел я толком приноровиться к такой езде, как Володя закричал из багажника:
– За нами погоня! Большой грязный пикап. Пулеметной турели нет, но пассажир целится из автомата. О! Уже стреляет!
– Стреляй в ответ! Не давай приблизиться и стрелять прицельно. Остальным – сползти как можно ниже!
Видимо, радист уже держал преследователей на прицеле, потому что его автомат практически сразу выдал длинную очередь. Потянуло горелым порохом.
– Тормозят!
Кто бы сомневался! И самим из-под обстрела выйти и обстрелять нас с неподвижной позиции. Вполне разумное действие.
– Водитель дверь открыл, высунулся с автоматом!
Еще лучше. Сейчас по нам из двух стволов отработают. А оно нам надо? Не надо.
Отруливаю на левую обочину. Потом рывком на середину дороги. И обратно. Теперь на правую обочину. За ревом мотора вражеской стрельбы не слышно. Володя не стреляет – ему бы не вылететь от моих маневров. Древний американец раскачивается, как корабль в шторм, его мягкая подвеска не предназначена для подобных упражнений.
Очередной рывок влево. Лобовое стекло покрылось сеткой трещин с правой стороны, как раз над сиденьем профессора. Сам профессор скорчился где-то глубоко внизу и остался невредим. Повезло. И мне заодно, потому что пару секунд назад где-то там была левая сторона машины. И мой затылок. А мне в бардачок прятаться нельзя, мне надо на дорогу смотреть.
Дорога, кстати, чуть изогнулась. Стрелки пропали из поля зрения, я перестал метаться влево-вправо и снова втопил педаль.
– Володя, как только опять их увидишь – начинай стрелять. Не выцеливай, просто поливай примерно в ту сторону. Главное, чтобы испугались и не подошли на прицельный выстрел.
Мы с преследователями примерно в одинаковом положении сейчас. Им не приблизиться, нам не оторваться. Но база все ближе, и наши шансы растут.
Володин автомат загрохотал минуты через три. Длинная очередь, потом частые короткие.
– Что там?
– Выскочили из-за поворота, я пострелял, они постреляли, теперь их снова не видно.
Вот и славно. Каждая минута – это километра полтора в сторону базы. Двое на пикапе этого тоже не могли не понимать, поэтому решили рискнуть. Дорога в том месте, как назло, оказалась прямой как стрела. Грязный пикап стал быстро увеличиваться в размерах, несмотря на все усилия «Маркиза». Движок ревел, в салоне воняло горелым маслом, но ехать быстрее не получалось. Володя сперва пытался стрелять короткими, потом плюнул и начал садить «на расплав». И, по закону больших чисел, все-таки куда-то попал, потому что пикап снова начал удаляться. И вроде бы даже пар от него пошел или дым светлый – не разглядеть.
Радист завопил радостно и совсем было собрался праздновать победу. Пришлось рявкнуть, чтобы держался крепче, и опять начать вилять. Какая там прицельная дальность – метров триста? Пусть пятьсот. Это при нашей скорости двадцать секунд, дальше прилететь может только случайно.
Оно и прилетело. Одновременно стукнуло по кузову, посыпались стекла по правому борту и вскрикнул радист. Машину резко повело вправо, я еле успел парировать рулем. Скорость еще снизилась. Перегретая коробка начала проскальзывать, пришлось переключиться на ступень ниже.
– Володь, ты как, жив? Вовка!..
– Жив. Но отстрелялся на сегодня, похоже. Левая рука… Не останавливайся, сам попробую перетянуть.
– Давай перевяжу, кровью истечешь!
– Ты же говорил, здесь близко?
– Две минуты от силы.
– Тогда гони.
– Смотри. Начнет плохеть – кричи.
Дорога возле самой базы была изрядно развезена тяжелыми грузовиками. Пару раз долбанувшись днищем и, судя по звуку, окончательно оторвав глушитель, я решил не рисковать и снизить скорость. Погони видно не было.
Оттормозился возле КПП, махнул патрульным:
– У меня один раненый и один больной в коме. Вызовите «Скорую помощь»!
И побежал помогать Вовке останавливать кровотечение. Он успел замотать руку обрывком моего полотенца, но затянуть толком не смог. Хлестать кровища перестала, текла потихоньку. Пришлось перевязывать. Видно было, что радист вот-вот потеряет сознание от боли. Промедол бы вколоть, но откуда его взять? Аптечкой я так и не обзавелся, идиот.
– Что произошло?
Это старший поста подошел, пока мы тут в доктора играли.
