Тонкие, но вместе с тем какие-то зыбкие, черты обычно спокойного и чуть любопытного лица, сейчас были искажены в гримасе злобы. Вместо походного посоха руки вырезанной из дерева стройной девушки сжимали его боевой, окованный железом вариант. И конечно щеки под глазами Богини были украшены алой меткой — Слезами Пиромантов, что было обычным делом для Темных Ипостасей. «Гирма — Богиня дыма и странствий,» — подумала Крина и тут же вздрогнула словно громом пораженная. Ее рука замерла, немного не дотянувшись до груди Сарга. Где-то на краю сознания вспыхнул расплывчатый, почти не различимый силуэт парня с рапирой в руках, что так ловко обращался со Стрелами Гирмы.
«Он был слабее меня и не сдался,» — медленно поднимаясь на ноги подумал Крина. Тут же в ее голове вновь зазвучали обеспокоенные и злые голоса: «Нет, он подставил тебя! Он сделал тебя такой, ему ты обязана своими страданиями!»
— Да, но за это я еще взыщу с него должок. А вот если я сейчас сдамся, то это будет только моя вина! — выплюнула девушка, делая тяжелый шаг прочь от Сарга.
«Бесполезно… Если сейчас не использовать эту силу, то твои друзья не доживут до утра. У тебя нет выбора!» — озлобленно заворчали Боги.
— Это вы так думаете! — чуть ли не безумно засмеялась девушка и ударила рукой, с зажатой в ней статуэткой, по острому каменному сколу башенного гребня.
Из распоротой ладони брызнула кровь. Приподняв руку, девушка дала ей затечь внутрь кулака, чтобы смочить фигурку, а затем глянула вниз.
Шестипалый все еще был на месте, своими щупальцами разогнав почти всех прочь от ворот. Тролли за его спиной уже давно погибли от ран и ожогов, так что теперь тварь всеми шестью руками старалась поднять решетку. Под ногами у него сновали звероподобные существа стремясь поскорее ворваться в город.
Увиденного оказалось достаточно, чтобы понять, что жить городу и его защитникам осталось недолго, если ничего не предпринять. Взяв кинжал в левую руку, вместе с фигуркой, девушка направила его на врага.
— Гирма вйен! — прошептала Крина чувствуя, как статуэтка в ее руке рассыпается пеплом.
Клинок кинжала тут же раскалился, от него начали отделятся длинные, куда больше самого оружия огненные стрелы. Их было много, гораздо больше чем Крина могла создать обычно. Сосчитать их девушка даже не стала бы браться, да это было и не нужно. Спокойно наведя острие точно в голову великана рыжая легонько кольнула воздух перед собой. Парившие за ее плечом стрелы тут же устремились во врага, чтобы буквально через секунду достигнуть своей цели. Один за другим пламенные снаряды разбивались о череп твари, прожигая его насквозь, не давая ей даже опомниться. Крина же в это время продолжала указывать цель для новых снарядов, ощущая, как ее левая рука начинала нагреваться. Кровь в кисти начала закипать, виски пульсировать от напряжения, а судя по соленому вкусу на губах несколько сосудов в носу явно не выдержали, но девушка не отводила острия ножа от врага.
Яростно и отчасти испуганно заревев шестипалый повернулся к атакующей его девушке, но стрелы, начавшие попадать ему точно в морду, заставили того отшатнуться. Заскрежетала выпущенная из лап решетка, испуганно заверещали твари, что стремились пробраться под ней, но было уже поздно и тяжелая железная конструкция рухнула вниз, придавив самых нерасторопных и отрезав путь остальным.
Из последних сил девушка выпустила в противника еще несколько стрел, а затем упала на колени. Взглянув в сторону врага, девушка поняла, что тот начал отступление. Облегченно улыбнувшись Крина устало откинулась назад и глухо стукнувшись затылком об пол башни наконец-то отключилось. Последнее, что она запомнила перед тем как потерять сознание — это шепот, звучавший в самой голове: «В следующий раз так дешево ты не отделаешься. Придет пора платить за эту силу.»
***
Пробуждение для девушки было очень тяжелым. Открыв глаза в незнакомой каменной комнате с высоким потолком Крина решила было, что все еще находится где-то на стенах. Рывком попытавшись подняться Охотница чуть не потеряла сознание от разорвавшей ее голову боли, а следом ее чуть не вытошнило на саму себя остатками ужина — так сильно ее вдруг начало мутить.
— Лежи, кто-то из ваших лекарей сказал, что ты переборщила с пиромантией. От этого тебя так и мутит, — пробасил кто-то над ухом.
Чуть повернув голову, девушка разглядела знакомое, чернобородое лицо. Вымученно улыбнувшись Крина потянулась рукой к Хвелю, а это был именно он, но тут ее ладонь пронзила непонятная, тянущая боль.
— Осторожно, не тревожь рану! — предостерег ее северянин, а затем жестом поманил кого-то к кровати, на которой лежала его подруга.
Как коротко ей объяснил Хвельгрин сейчас Крина лежала в одном из церковных госпиталей. Места хватало далеко не для всех, но ей выделили хорошую койку, в качестве хотя бы символичной благодарности за огромную помощь при обороне стен. Сейчас в госпитале помимо клириков, работали и обычные лекари и даже, несколько столь редких среди пиромантов целителей. Один из них и поспешил к Крине.
