— Не сидеть же голодными, — сказала Надя, выключая проигрыватель, — присоединяйся к нам!
— К вам? — с нажимом переспросил Ипполит.
— Не цепляйся к словам! — поморщилась Надя. Уловив ее интонацию и, наверное, вспомнив предыдущую ссору, Ипполит пришел к третейскому решению:
— Вот что… вызовем ему такси и оплатим проезд на аэродром…
— В новогоднюю ночь такси придет только под утро… — констатировала Надя, а Лукашин попытался скрыть улыбку…
— Тогда… Тогда… — Ипполит с трудом сдерживал себя. — Пускай идет пешком.
— До аэродрома? — Надя пожала плечами. — В такую даль?
— Ты его уже жалеешь? — раздраженно спросил Ипполит.
— Дорогой! — Надя тоже была взвинчена. — Даже моему ангельскому терпению приходит конец!
Вот тут Ипполит наконец-то вспылил:
— Значит, я во всем виноват! Может, он успел тебе понравиться? Может, между вами что-то произошло? Может, я здесь третий лишний?
Теперь не выдержал и Лукашин:
— Как вам не стыдно!
— Молчите! Вас это не касается! — прикрикнул на него Ипполит, а Лукашин назидательно продолжал:
— Если вы любите женщину, Ипполит Георгиевич, вы должны ей доверять, любовь начинается с доверия…
— Не читайте мне мораль! — попытался одернуть его Ипполит.
— Вам полезно послушать!
— Надя, уйми его! — прошипел Ипполит.
Но Лукашин уже завелся и остановиться не мог:
— Надежда Васильевна — замечательная женщина… как человек… Она умна, она вкусно готовит… я ел!.. Она тактична, она красива, в конце концов! А вы ведете себя с ней отвратительно! Немедленно извинитесь!
— Сейчас я его убью! — в ярости прохрипел Ипполит и кинулся на Лукашина.
Завязалась потасовка. Надя взирала на нее с некоторым интересом, как некогда на рыцарских турнирах женщины глядели на своих кавалеров, кидавшихся друг на друга с мечами и копьями.
— Для полноты картины не хватало только драки! — наконец рассердилась она.
В схватке победил Лукашин. Он повалил Ипполита на пол и заломил ему руки за спину:
— Проси у нее прощения!
— Почему вы говорите мне «ты»? — тяжело дыша, возмутился Ипполит.
— Потому что ты побежденный! — Лукашин нажал посильнее, и Ипполит вскрикнул:
— Вы мне сломаете руку!
— Сам сломаю, сам и починю! — милосердно пообещал Лукашин. — Проси у нее прощения.
Наде надоело это зрелище.
— Женя, отпустите его!
— Ах, он уже и Женя! — сдавленным голосом произнес Ипполит.
— А что же, по-твоему, я должен быть безымянным? — сказал Лукашин и послушно выпустил Ипполита.
— А теперь уходите! Оба! — приказала Надя.
— А я не хотел его бить! — как в детстве, протянул Лукашин. — Он сам полез! Первый!
Встретившись со свирепым Надиным взглядом, мужчины молча пошли к выходу.
Возле двери они постояли, вежливо уступая друг другу дорогу. Никто не желал уйти первым.
— Перестаньте кривляться! — прикрикнула Надя.
И тогда оба, как по команде, одновременно протиснулись в дверь, внимательно следя друг за другом, взяли свои пальто и так же одновременно вышли из квартиры.
Только они ушли, Надя схватила телефонную трубку и набрала номер:
— Николай Иванович, с Новым годом вас!.. Это Надя… Спасибо. Татьяна у вас?..
Ипполит с Лукашиным вышли из дома и остановились.
— Вам в какую сторону? — спросил Лукашин.
— Мне туда! — вытянул руку Ипполит.
— Тогда мне туда! — И Лукашин вытянул руку в противоположном направлении.
— Это естественно, что нам не по пути! — сказал Ипполит и зашагал.
Лукашин тоже зашагал, хотя понятия не имел, куда он идет.
Он дошел до конца улицы, свернул налево, прошел еще немного и остановился в задумчивости.
А Надя в это время заканчивала телефонный разговор с подругой:
— Я сейчас к вам приду… Да нет… Ничего у нас не случилось… Потом расскажу… Ну, тогда… тогда вы заходите за мной…
А Лукашин постоял немножко на снежном перекрестке. Потом какая-то мысль пришла ему в голову. Если бы мы могли читать чужие мысли, то узнали бы, что Лукашин подумал: «А вдруг Ипполит меня перехитрил и уже вернулся?»
И Лукашин резво побежал обратно.
Когда он подбегал к дому № 25, то увидел, что с другой стороны к дому бежит Ипполит, которому, очевидно, пришла в голову точно такая же мысль, как и Лукашину.
— Так! — сказал один.
— Та-ак! — протянул другой.
— Но вас же выгнали! — напомнил Лукашин.
— Нас выгнали обоих! — уточнил Ипполит.
— Это тоже правда! — не стал возражать Лукашин. Они постояли.
— Будем долго стоять. У меня до самолета уйма времени.
— А у меня вообще выходной день!
— Холодно! — первым признался Лукашин.
— Да, прохладно, а бельишко, как я успел заметить, у вас не по сезону, — поддакнул Ипполит.
— А у вас ботиночки на тонкой подошве! — не остался в долгу Лукашин.
— Схватите воспаление легких, а там, глядишь, и летальный исход, — пугал соперника Ипполит.
— Мы погибнем рядом! — стоял насмерть Лукашин.
— Я погибать не собираюсь! Я могу и в машине посидеть!
Они замерзали, но никто из них не сдавал позиций. Соперники брали друг друга на измор.
Вдруг Ипполит иронически усмехнулся.
— О чем вы подумали? — тотчас отреагировал Лукашин.
— Не собираюсь перед вами отчитываться!
— У вас на лице написано — вы думаете обо мне!
