– Да ты чего так расстроился – конференция это правильно и интересно. Людей надо заинтересовать, оторвать от пьянства и ничегонеделанья. Это все верно. А комбрига мы уже решили снимать будем с должности. Есть мнение сверху снять его с должности и назначить начальником учебного отряда на остров Русский. К вам пришлем другого офицера, с которым можно нормально работать.
– Товарищ вице-адмирал, я не хочу, чтобы из-за меня человека с должности снимали – твердо сказал Володя привстав.
– Сиди – буркнул вице-адмирал, останавливая его порыв рукой – они бы так за тебя заступались, как ты за них? – он усмехнулся – вопрос с Бурковым решенный и перешивать его никто не будет – вице-адмирал хлопнул по столу ладонью, лицо его стало из доброго непроницаемым – Бурков уже давно просился на снятие своим пьянством и своими выходками и порядком на бригаде. Это уму непостижимо, что офицер пьяный на ходу выпал за борт и погиб. Нет, с ним решено, давай лучше о тебе.
– А что, о мне? – удивился Володя.
– А что у тебя уже нет просьб никаких ко мне? – удивился вице-адмирал закуривая.
Закурив, он встал, прошелся по кабинету и остановился сзади Володи.
– Так я их вам изложил все уже – пожал плечами Володя, поворачиваясь к вице-адмиралу.
Как-то неудобно разговаривать, когда начальник стоит сзади.
Но вице-адмирал прошел кабинету и опять сел на свое место:
– О себе попросить ничего не хочешь? Ну, на «Брест» или «Смоленск» ты же хотел служить? Я знаю, что они на тебя запрос отправили в училище. Виновные в том, что ты попал вместо «Бреста» в Русалку будут строжайше наказаны.
– Нет уже не хочу, – твердо ответил Володя – Может потом когда, но я прижился на бригаде. Там друзья, офицеры, мичмана, матросы. Раньше, когда на флот прибыл, быть может и хотел на «Брест», но не сейчас, когда что-то начал, что-то сдвинулось с места, все бросить на полдороги это не поофицерски. Я так не привык. Партия нас учит служить не там где удобно, а там где сложно.
Вице-адмирал посмотрел Володе в глаза, и подумал:
– Вроде не врет, черт его побери. Вот бессеребренник, другой бы давно схватился за это предложение. Или он юродивый или не тот за кого себя выдает – он покрутил ручку с золотым золингеновским золотым пером в руках и сказал еще немного подумав:
– Ладно, лейтенант мы знаем, что у тебя семья, ребенок. Давай все же рассмотрим твое назначение на «Брест» пропагандистом. Сейчас в Киеве открываются при училище двухмесячные курсы пропагандистов. Сможешь с семьей пожить два месяца. Представляешь, как это здорово? А потом сюда на «Брест». Я тебя заметил, и буду контролировать твою службу в дальнейшем.
Володя задумался:
– Нет, спасибо товарищ вице-адмирал. Я сам буду служить. Я лучше к себе в Русалку хочу на свой «Пингвин» вернуться. Извините.
Вице-адмирал задумался, опять повертел ручку, слегка морщась от сигаретного дыма попадающего в глаза, закинул вверх голову, опустил ее, воткнул сигарету в хрустальную пепельницу и подумав немного тихо сказал:
– Ладно, давай в Русалку. Но не пожалей потом.
Лицо Володи расплылось в улыбке:
– Не пожалею товарищ вице-адмирал. И вы не пожалеете, что приняли такое решение.
Он встал:
– Разрешите идти – лицо его светилось радостной улыбкой.
– Иди сынок. Успехов тебе – махнул вице-адмирал и углубился в изучение личного дела лейтенанта Шипенка.
Когда за Шипенком закрылась дверь, он снял трубку оперативного телефона и набрал номер командующего флотом и услышав ответ доложил:
– Разговаривал я Павел Спиридонович с этим Шипенком. Странная фигура, но с характером. Боевой офицер. Понять его не смог. Мне он непонятен, но когда мне непонятно, то я теряюсь. Мы не такими были. Вчера мне особисты доложили, что Бурков не выдержал, сорвался, накричал на этого Шипенка, арестовал, есть мнение, что Буркова пора до пенсии пора отправить на должность начальника учебного отряда на остров Русский. С командиром флотилии и начальником управления кадров я согласовал, требуется ваше окончательное решение. И еще я очень удивился, что Шипенок грязью никого не поливал, даже можно сказать заступался за своих командиров и за Буркова – вице-адмирал откинулся на спинку кресла – приходят вот такие молодые, энергичные, как этот Шипенок и рядом с ними чувствуешь, что время твое прошло. Плохо это.
– Плохо – согласился с ним командующий, глубоко вздохнув – значит решено, что оставляем пока в Русалке Шипенка? А Буркова на Русский, я подтверждаю ваше решение.
– Шипенка оставляем. Там от него больше пользы, чем от пропагндиста на «Бресте» – твердо сказал член военного совета, закрывая дело – и надо изыскать средства на эту Русалку выделить, дом надо строить для офицеров, клуб реставрировать, бассейн он попросил и спортзал построить.
– Что еще? – строго переспросил командующий флотом.
– Придется строить – твердо сказал член военного совета.
– Мне дешевле твоего Шипенка вместе с его «Попугаем» перевести во Владивосток – здесь и бассейн есть и клуб и дома для офицеров и мичманов – пробурчал командующий флотом.
