Итого со слуховой засекреченной связью мешков двадцать пять будет. Даже если по два мешка, то ходок придется сделать восемь.
– А мешки пролезут в иллюминаторы?
– Попробуем пропихнуть. Так оставлять нельзя. Завтра здесь будет представление.
Матросы прошли в пост слуховой ЗАС, и через минут 15 перед постом стояло еще мешков 8.
– Взяли дружно по два мешка и аккуратно пошли друг за другом. Свет выключаю – скомандовал Герасимов.
– Они прошли к трапу 17-ого схода, и шедший впереди Антон внезапно остановился и замер:
– Тихо патруль! – еле слышным голосом прошептал он.
Герасимов и Вадим держали на весу мешки, боясь их даже поставить на палубу. Было слышно, как по коридорам грохотали своими огромными берцами охранники:
– Чего-то внизу там треснуло? А проверить может?
– Да брось ты, Знаешь, сколько здесь крыс развелось? Ищут что пожрать, попадешься – тебя сожрут. Ты людей ищи, а не крыс. Вот бы парочку мародеров сегодня отловить. Николаич сказал, что за каждого задержанного на мародерстве заплатит по тысяче гринов.
– Так давай зарабатывать, а то так ходим вхолостую. Загоним пару лохов и дело в шляпе. Открывай карман шире, заливай баксами.
Раздался удаляющийся дружный смех, и где-то в корме скрылись блики фонаря.
Вспотевший весь от усилий не чихнуть Саша перевел дух.
– Ну что в штаны не наделали?
– Я боялся чихнуть.
– И я тоже.
– Ладно, пошли быстрее в каюту 45, пока они не вернулись назад. Нам еще сегодня сделать надо кучу ходок. Пока Кузьму не сменили, а то и РТС-ом надо свои секреты уничтожить. А если Кузьма смениться, то как это сделать..
45 каюта – каюта авиаполка – самая большая каюта по левому борту в носовой части корабля, где жил ранее командир второй эскадрильи неунывающий никогда Валера Осипенко, и потом погибший во время ночного полета.
Приоткрыв тихо дверь, заранее припасенным ключом, они попали в темную каюту. Медных иллюминаторов не было, наверно кто-то снял уже, и в каюте было прохладно. Саша поежился от холода, и сам привязывал длинный конец специальным узлом к мешку, и все вместе они осторожно спустили первый мешок через открытый иллюминатор до воды, и лишь только, когда мешок коснулся воды, они развязывали штык, и мешок тихо булькнул в черной воде.
– Есть давай второй – тихо сказал Герасимов – вытаскивая из воды мокрый конец.
Остальные мешки пошли легче. Сделав свое дело, они снова вернулись в КПС за новой партией мешков. Дважды они чуть не нарывались на патруль, но каждый раз им удавалось избегать столкновений. Когда они опустили последний мешок в воду, и готовились выбираться, где-то наверху раздался шум, мат и стрельба сначала автоматная, затем несколько пистолетных выстрелов. Мимо них по коридорам третий палубы с отборной матерщиной пролетел в носовую часть корабля патруль третьей палубы.
– Кто-то из наших попался видимо – произнес шепотом Герасимов – не останавливаться – пошли назад в каюту. Утром разберемся, что к чему.
Они проскочили к командирскому трапу с третей палубы на вторую. Там их встречал встревоженный Кузьма:
– Муравьев со своими ребятами пошел паролирование уничтожать. Наверно попался патрулям. Кого-то они там убили, доложили по рации. Сейчас оцепляют весь район. Попробую выручать ребят, если там осталось, кого выручать. Да кстати и с Морозовым не все в порядке вроде. Уже третий час вызывают по рации, тех кто ушли его сопровождать. Не отвечают.
– Может как раз все и в порядке, раз не отвечают. Кузьма можно я с тобой – пожал руку Кузьме в темноте Саша Герасимов. Старшины с готовностью встали рядом.
– Да идите вы подальше. С вами, только влипнешь еще. Лучше я сам посмотрю, что к чему. Может вытащу ребят. А вы в запирайтесь в каюте и глаз не кажите. А если придут проверять – не знаете, не видели.
И Кузьма скользнул мимо ребят, растворившись в темноте коридоров.
На третьем ярусе надстройки, где располагались каюты командиров БЧ, было шумно. Чувствовались, что никто не спит. Выстрелы слышали все. Не успели войти в каюту и скинуть одежду, как раздался сильный стук в дверь. Делая вид, что только проснулся, Саша открыл дверь. В свете фонарей, на охранников недоуменно щурились лежавшие на полу старшины.
– Вы тут это, никуда не ходили? – спросил вошедший в каюту с обнаженным пистолетом начальник охранников. За его плечами были видны другие охранники, с оружием наизготовку, и за их плечами маячил замполит Гагулин.
– Нет, ничего не видели, только слышали, а что там за стрельба была?
– Да убили там двух мародеров, одного захватили, а один убежал. К вам никто не заскакивал?
– Нет, а каких мародеров?
– Ну, этих, которые корабль разворовывают. Ты оденься – пойдешь с нами. Хочу с офицерами отдельно поговорить – скомандовал круглолицый начальник.
Саша стал одеваться. Ноги никак не могли попасть в штанины – Кого убили? Муравьева или его старшин?
Его привели под конвоем в салон флагмана. Там сидели Литовченко и его люди. На полу, лежали избитые, и с наручниками на руках командир Никифоров и Муравьев. Кучкой стояли в углу остальные офицеры, видимо приведенные немного раньше.
По рации прошел доклад:
