– Вероятные сходы на берег к семье опять накрываются медным тазиком! – пронеслись в наших головах командиров боевых частей невеселые первые мысли – чего только Тихоокеанский флот придумывает на наши многострадальные головы.
Почему-то не любили на Тихоокеанском флоте огромный корабль, пришедший на флот с северным экипажем, и старались всячески это показать. Тогда в штабе еще не понимали, что авианосец, отличается от простого корабля даже самого большого ранга не только своими размерами, но способом боевого применения, организации и спецификой службы. Подход к нему все же должен быть немного другим, чем это описано в корабельном уставе и других руководящих документах. А приказания разнообразные сыпались со штаба флота и других руководящих штабов одно за другим. И одно глупее другого. Так думали командиры боевых частей, отдых которых напрямую зависел от выполнения этих приказаний.
Несколько месяцев назад перед этими сборами командира корабля, командиры боевых частей по приказу штаба Тихоокеанского флота разрабатывали график шестидесятисуточного приготовлению к боевой службе авианосца, почасовой график персонально на каждого члена экипажа. То есть на все две тысячи человек надо было составить полноценный график, что он должен делать каждый час на протяжении шестидесяти суток. Как объяснили тогда сверху, чтобы можно было проверить, кто из экипажа в какое время, чем занимается в период подготовки к боевой службе. Если не занимается тем, что написано в графике, то приготовление идет неправильно и можно наказывать. Безусловно, планирование любых мероприятий необходимо, но не до таких же маразмов. Времени давалось два дня на приготовление подобного графика. После первого дня командиры боевых частей понимая, что им не выполнить такую сложную работу просто банально все бросили и напились. Впоследствии было дано два месяца и графики были подготовлены, красиво переплетены и отправлены в штаб флота. Четыре экземпляра тридцатитомных почасовых графиков приготовления к боевой службе, составленных на каждого матроса, старшину, мичмана и офицера. Они были сначала положены в секретную часть на самую дальнюю полку, а потом просто уничтожены установленным порядком.
Ничего хорошего от приказаний штаба Тихоокеанского флота или штаба эскадры командиры боевых частей не ожидали и всегда были готовы пойти туда не знают куда и принести то, не знают что.
Командир не стал рассказывать об очередных приказаниях, поступивших из вышестоящих штабов, а показал всем метеокарту, которая лежала у него не столе. А потом спросил всех присутствовавших своим негромким и как всегда спокойным голосом:
– Про «Ирвинг» слышали?
– Что, что? Не понял товарищ командир – переспросил командир БЧ-2 плотный и невысокого роста капитан 3 ранга Бондаренко.
– Про тайфун «Ирвинг» слышали? – спокойно повторил командир.
Умел наш командир очень правильно, четко и не обостряя ситуацию говорить о главном, не размениваясь на посторонние вопросы и замечания.
Все слышали из новостей, передаваемых по радио, что тайфун с таким названием, зародился где-то в экваториальной части Тихого океана, и уже натворил в районе Филиппин и Индонезии много бед, связанных с гибелью людей, кораблей и судов, разрушением домов, поселков и даже городов. Но где эти Филиппины с их филипинками, а где Приморье, думали многие командиры боевых частей, в недоумении глядя на командира.
Будучи штурманом корабля Клинцов, как-то рассказывал, что на Атлантике тайфуны, числящиеся там ураганами называть женскими, а тайфуны, суть те же ураганы, на Тихом океане называются мужскими именами.
Не ожидая ответа на свой вопрос, командир как бы немного задумавшись, тихо сказал, так что каждое его слово проникало в душу каждого присутствовавшего:
