Служить цели полностью

Две девушки захлопали, а остальные хранили молчание. Анна внимательно посмотрела на них. Немного бледны. Большинство смотрит очень внимательно, усваивая урок.

Улыбаясь, Нолан поднялся на локте.

— Ты показывала им, как сильно ты умеешь бить?

И опять нет.

Через секунду она осознала, что беспокоилась о том, что малышки и так видели слишком много насилия. Но он был прав. Им нужно знать, что женщина может не только получить удар, но и нанести его.

Анна наклонилась, протянула Нолану руку и рывком подняла его на ноги. Подойдя к мешку с песком, она нанесла несколько легких ударов, примериваясь к расстоянию. Затем провела серию ударов посильнее, прежде чем перейти к связке ударов ногой и с разворота, которые выбили бы мужское колено, прежде чем сломать ему шею. Она завершила демонстрацию мощнейшим бэк-киком, который мог бы обернуть кишки несчастного ублюдка вокруг его сломанного позвоночника.

Когда она обернулась, девчонки засвистели и закричали.

Что ж. Очень хорошо. Она встретилась взглядом с Джиной.

Со слезами на глазах девочка решительно кивнула Анне. Она все поняла.

— Хорошо. Занятие окончено.

Анна вышла с Бет и Ноланом во внутренний дворик, окруженный зданиями, в которых находились общежития, столовая, прачечная, классные комнаты и конференц-залы, а в центре располагалась большая зона с газоном и детской площадкой, где были расставлены столы для пикника.

Бет и Нолан выбрали столик в самом углу.

— Что случилось? — Анна села напротив них.

— Речь о Гретель, — Бет откинула волосы назад и прижалась к Нолану. — Муж нашел ее вчера.

Черт. Черт. В ней вспыхнул гнев с такой скоростью, что Анна почувствовала, как теряет над собой контроль. После многих лет жестокого обращения Гретель ушла от мужа. Сразу после того, как он испортил праздничный торт, который дочь испекла ей на пятидесятилетие.

У Гретель в Тампе жили дети и внуки. Поэтому она упрямо отказывалась переезжать, надеясь, что объявленный судом запрет на приближение удержит ее мужа на расстоянии. Она пробыла в приюте месяц, и дети очень тосковали, когда добросердечная бабушка переехала на новое место.

Усилием воли Анна подавила гнев.

— Она в порядке?

— Будет в порядке, — ответил Нолан. — Ублюдок был пьян.

— Он подкараулил ее на парковке у магазина и напал. Застал врасплох, — объяснила Бет.

— Он ударил ее кулаком в лицо. Сбил с ног. Сломал пару ребер. Даже упав на спину, она сохранила самообладание и пнула его по ногам, — Нолан уважительно кивнул. — Он отступил, а она распылила на него перцовый баллончик, который висел у нее на брелке с ключами.

— Полиция арестовала его, — добавила Бет.

Анна нахмурилась, когда поняла, что ее подруга вся дрожит.

— Бет…

Нолан уже обнимал свою сабу, прижимая ее ближе к себе.

— Анна, Гретель просила передать тебе, что, благодаря твоим урокам, она выжила.

— Теперь он в тюрьме, — голос Бет казался напряженным. — Как долго он там пробудет? Парни вроде него никогда не останавливаются, — она уставилась на свои руки, сгорбила плечи, будто пытаясь сжаться в комочек, защитить себя. Анна видела, что Бет захватывают воспоминания о собственном горьком прошлом. Об собственных шрамах.

— Бет, — рыкнул Нолан.

Господи, Бет. В глазах Анны стояли слезы, она потянулась через стол и взяла ее за дрожащую руку. Гребаные мужики.

— Клянусь, Нолан, ты мне нравишься, и все же бывают дни, когда я хочу выйти на улицу и кастрировать каждого мужчину в каждом городе по всему миру.

***

Погрузившись в отвратительные воспоминания, Бет слышала Нолана, но только голос Анны — ледяной, но полный гнева — прорвался сквозь ее страхи и разжег огонь, испепеливший прошлые воспоминания.

Сделав глубокий вдох, Бет прильнула к своему Мастеру, который снова и снова доказывал ей, что ему можно доверять. Она встретилась с разгневанным взглядом Анны и предложила:

— У меня есть садовые ножницы. И секатор.

Нолан фыркнул от смеха.

— Моя умница, — облегчение и гордость слышались в его грубом голосе.

— Я в порядке, — сказала Бет им обоим, согретая их заботой.

— Ты далеко не в порядке, — Анна сжала руку Бет, ее лицо было жестким. Охранные инстинкты у Домины были такими же сильными, как и у Нолана. Если здесь кто-то будет угрожать женщинам, ее подруга будет биться плечом к плечу с остальными Мастерами.

И Бет, черт возьми, присоединилась бы к ним, даже если бы у нее душа ушла в пятки.

Ее внимание привлекла открывающаяся дверь главного здания, и она увидела, как из нее выходит сотрудник приюта, за которым следовала женщина лет тридцати.

— Это общая территория, — объяснил сотрудник, махнув рукой в сторону зеленого дворика.

Новенькая хромала, истощение и боль были видны при каждом ее шаге. Лицо было покрыто черно-синими гематомами, а на шее и руках видны маленькие круглые шрамы.

Несомненно, ожоги от сигарет. Бет знала и очень хорошо, каково это.

Два мальчика, примерно шести и четырех лет, следовали за женщиной.

Когда сотрудник прошел в центр дворика, младший мальчик остановился и сел, прислонившись спиной к стене.