— Не лучший выбор. Меня никто не совращал. Я сам согласился. Испугался её. Она безумна. Стультиэль только притворяется. Задавит тебя. Только откройся ей. Она пыталась убить ангела. За неосторожный взгляд. Стультиэль одержима любовью. Пытаясь спрятаться. Я ушёл сюда. Приняв контракт Дьявола.
— Неужели. Она приятнейший человек. Ангел. Не может Стультиэль пытаться кого-то уничтожить за неосторожный взгляд, — Гари рассердился и, нахмурив брови, взглянул на Анимоэля.
— Мефистофеля пыталась убить. Носилась между мирами. Измучила своих подруг. Всё надеясь найти меня. Избила Его секретаря. Есть ещё вопросы?
— А ты не думал, что это просто злой язык Сатаны, что пытался тебя совратить?
— Я всё видел. Он скрыл меня. А я наблюдал. Надеюсь, ты осознал. Уходи. Не отвлекай меня, — Анимоэль помахал рукой в сторону, откуда пришёл Гари, и пронзительно замолчал, не реагируя ни на какие-либо движения «судьи».
Гари же встал, размышляя о его словах, и шёпотом повторил: «Она безумна». Ему вспомнилось её поведение в клетке. Стультиэль вечно металась, будто дикий зверь. А сейчас она слишком буйно реагирует на любое слово в её сторону.
Но все мысли перекрылись шумом открывшегося перед ним портала, в который он спокойно вошёл. По ту сторону его ждал улыбающийся Мефистофель, который разложил сервиз под чай, сделанный будто из обсидиана.
— Ну что, как впечатления? Расскажешь что-то о моём лучшем страже пустошей? — с тихим смехом в голосе, спрашивал Сатана.
— Раздвоенные. Он какой-то неживой, будто у него души нет, — Гари взял в руку чашку и глотнул оттуда едва тёплый чай.
— Так у него её и нет. Он продал её мне, за жительство здесь. — Воланд взял странную сахарницу в форме слезы и опустил туда язык, пробуя белый порошок.
— Да не может этого быть! Не может ангел настолько испугаться своей избранницы, — Гари громко стукнул чашкой об блюдце, разлив немного чая.
— Так он её и не избрал. Отвратный сахар. Будешь? А то выброшу. — Дьявол протянул сахарницу Гари, но тот помахал рукой, отказываясь. После чего Мефистофель кинул её в окно.
— То есть, Он назначил эту свадьбу? — привычно подняв палец вверх, спросил «судья».
— Ага, абсолютно прав. Ему показалось, что это будет хорошая пара, как героизм и отвага, любовь и счастье. Безумство и сердце. Хе-хе. — Воланд быстро вылакал чай своим змеиным языком и кинул чашку на стол.
— Знаете, может, я пойду. Мне ещё многое нужно обдумать, — Гари встал со стула и отправился к открытым дверям.
— Ступай, ступай. Только помни, что злые глаза наблюдают, — Сатана громко рассмеялся. И только Гари хотел спросить у него про глаза, как тяжёлые двери захлопнулись, оставив «судью» с кучей вопросов.
Гари задумался о том бесе, о чувствах к Стультиэль и о Анимоэле. Прежний, столь простой расклад, с неразрывной любовью, с тяжёлым, но терпимым обстоятельством и с прекрасным запахом духов, показался разрушенным. А найти новый ещё не удалось, и поэтому Гари держался за «руины» прошлого. Он надеялся, что Анимоэль ошибся, а Дьявол просто разыгрывает странное шоу, ради своего же увеселения.
Вскоре Гари вернулся домой, а на пороге его ждала Стультиэль, но не с радостной улыбкой, а с жестоким и грозным оскалом, наверно желая разорвать бедного «судью».
— Ты где был целых десять часов? — крикнула она, как только Гари подошёл к дверному проёму.
— Неужели так долго? — удивлённо ответил «судья», посмотрев на карманные часы, прятавшиеся в кармане рабочего халата. Действительно, прошло уже десять часов, а ему показалось, что не более получаса.
— Удивлён? Наверное с суккубами развлекался, ведь на них же запрет кровосмешения не влияет, правильно? — Стультиэль посмотрела на него сверху вниз и рассерженно сложила руки.
— Да что ты такое говоришь? Я только тебя люблю! — громко ответил Гари, пытаясь обнять ангела.
— Конечно! — Стультиэль толкнула «судью» и злобно топнула ногой. — А где ты тогда был?
— На работе конечно же. Просто много клиентов, понимаешь. Бесы могут подтвердить, — отвечал Гари, пытаясь оправдаться и подмигивая Маалану, что сидел в глубине комнаты.
— Да, да, конечно был, — Маалан подтолкнул других чертей и подлетел к двери.
— А не врёте ли вы все? Бесы пришли домой гораздо раньше тебя! — она осмотрела всех, рыча, будто злобный пёс.
— Они всегда раньше меня приходят домой. Они же ничего не делают целыми днями, — Гари достал платок и вытер вспотевшее лицо.
— Хорошо… На этот раз поверю… — Стультиэль открыла проход и легла на кровать, отвернувшись лицом в сторону стены. — Если хочешь есть, то проси у своих бесов!
Гари сел за стол, подзывая бесов к себе, чтобы притвориться, что он хочет есть. Ему нисколько не хотелось сейчас подходить к обиженной Стультиэль. Гавлан поднёс железную миску с макаронами по-флотски, которые уже давно остыли, а поверхность мяса и сам лапша покрылись твёрдой корочкой. Есть их сложно, так как заветренные макарошки не поддавались зубам и громко хрустели, когда Гари пытался их разжевать.