Что, если ты не споткнулся. Споткнулся и нет – она пришла сама. Собаки были со мной всегда. Они тут все со мной всегда были, чуя возможность животного запахом – или как. А важно ли. Нужно ли. Эволюция – вне компетенции. Танцующий мальчик. И да, болтливый.
Учишься. У природы. Все хорошо; через точку и без.
Итак. Обезьяна рождает самца в качестве еды вместо себя для других хищников: самцы там всегда вокруг самок и лишь один, который в этих максимально неблагоприятных условиях становится крупнее всех, занимает место единственного производителя. Если контекст слов многозадачен и передается как-то невербально тоже – запах и прочее, то разве нельзя подумать о своем и получить ответ на вопрос вслух, хотя бы и строго по другому поводу. Однажды спорил весь урок с преподавательницей по литературе насчет басни о волке, который, долго оправдываясь, говорил «ты виноват уж тем, что хочется мне кушать». Доказывал, что волк все же не просто так бросается словами, пытается договориться с совестью. Алла Владимировна не соглашалась, но и доказать обратное не хотела или не могла, звонок прозвенел. Каждый остался при своем, но педагог и женщина были довольны.
Толмач. Решает пусть Аглая. Все. С днем рождения меня.
Тот факт, что животные, до недавних пор благосклонные к нам те, кого называем мы боги, живут теперь в концлагерях и тюрьмах, где их потрошат от воспроизводства, никого не смущает. Не слышать женщину – глухота, за которую придется расплачиваться свободой. Не слышать самку – бесценно.
Переводчиком стал в двадцать один. Глава представительства, высокий красавец-голландец, встречался с замминистра, высоким красавцем ВП. Как организатору встречи с непрофильным ведомством задан был от руководителя четырех тысяч вопрос: «Что мне отвечать». «Дорогой Патрик», – ответил наш, – «Кроме меня там никто язык не знает: отвечай, что хочешь, буде нужно – переведу как нужно». История.
Их язык «не язык», ответила любимая влюбленная обезьянка. Запах там или что, разберемся. Может, скорее уже в том, как его воспринимать силами сознания, переводить в слова и не то, чтобы напрягаться – веселиться, радоваться и притом учиться. «А иначе зачем еще учиться», – обезьянка без глупости, но, точно Алла Владимировна, уважает умение мотивированно отстаивать собственную точку зрения – ту самую глупость. Навык, знаете ли. Их язык – здесь все.
Иришка. Красавица. Такая и Боре была бы жена. Если бы захотела, но она раздумывала, не думая о колбасе, заглянула в глаза дураку, что с радостью оплатил ей пансион на три месяца, да еще три накинули уж сверху хозяева; так они себя называют. Через полгода, когда Борис Борисович догадался красиво выдавить подрастающего конкурента – не одной только силой, но дав понять вот тем, что мириться не станет. Через полгода она заскучала, и вскоре родила. Самки там обычно теряют изящество юности, но красотка подобралась лишь только отцепились от груди четверо, и снова выступает походкой нежной газели. Женщина.
Алиханов приходил, не довлатов. Надо думать, она не забыла бы поставить заглавную букву. Образ, чтд, вполне себе вышел живой. И приходил из самой что ни на есть «Зоны». Сомнительно, конечно, подумалось мне, а не примерить ли на себя мерку костюма программиста матрицы и поглядеть не окажется ли в самую пору то самомнение. Не в этом ли дело..
– «Shut up, when I’m talking to you» тут уж не выдержала она надоедливого самобичевания.
– Никто не спорит, но сомнение и глупостью рождает; хорошо, пригодится. Например проверочной работой из области героини «My december». Не в порядке «хочу», а навыка диалога с самкой. Личность там есть, образование лучшее здесь – в ее-то годы, внешность, языки и прочее – устанешь перечислять, из разряда лучше не придумаешь. Собственно, ее появление уже фактор.
– Ты же сам сказал медленно. А теперь быстро. Так как?
– Доходчиво. Да-нет-пусть. Все равно, но качество генетики если не тянет на прямой диалог.. А вообще о них думать последнее дело. И впрямь.
– Не стоит. Думать. С тобой, щенком, мертвый ворон танцевал, чтобы ты за девочками бегал?
– Или учился танцевать. Пожалуй. И все же налицо диалог. Доходчиво ведь. Только ведь осваиваю иронию..
– А нож тебе, как в песне, подкинули. Друг по имени смерть в разведку взять готов. Как быдто неплохо все.
– Подруга Равильевна.
– Разве?
– Коротко и ясно. Любой поповский образ чужой. С тире и без тире. Органическая неприязнь. Они там хранят корень лжи.
– И, кстати, коту, как и тебе, интересен диалог. В учителя тут не лезут. Уши прочисти: там одна сера от твоих подруг.
