Юра Щербак был склонен к полноте и всю жизнь с нею боролся (Забегая вперёд, вынужден признать, что у неё, у его полноты, был пожизненный перевес, в буквальном смысле). Каждое утро, перед работой, он совершал получасовые пробежки. Когда мы вместе бывали в Доме творчества, он пытался подвигнуть на это и меня, конечно, безуспешно.
Я отделывался тем, что «входил в долю»: просил последние пять минут бегать за меня. Эта игра продолжалась у нас всю жизнь: он периодически звонил мне и докладывал: «Сегодня мы с тобой здорово потрудились, я сбросил килограмма три, а ты – грамм шестьсот». Я искренне благодарил и просил сбросить с меня ещё полкило.
За пару лет до нашего отъезда в Израиль в журнале «Юность» вышла документальная повесть Щербака о Чернобыльских событиях, правдивая и яркая, она сразу привлекла к себе внимание читателей и имела большой успех. Юра стал депутатом Верховного Совета СССР, часто бывал в Москве, но мы, в основном, только перезванивались – я уже полным ходом готовился к отъезду.
Когда Юрий Щербак прибыл в Израиль послом Украины, я примчался к нему в посольство, мы радостно обнялись.
– Юра, я очень рад твоему назначению, но оно ни в коей мере не освобождает тебя от прежних обязательств, – предупредил я, – ты должен продолжать бегать по утрам не только «за себя», но и «за меня»!
Через месяц после приезда, Юра собрал всех выпускников Киевского мединститута и попросил меня прийти туда и выступить. Естественно, я согласился и, выйдя на сцену, произнёс:
– Я знал, что Юрий Щербак любит меня, но не думал, что настолько! Судите сами: как только я переехал в Москву, он тут же стал депутатом Верховного Совета и практически тоже жил в Москве; стоило мне переехать в Тель-Авив, он тут же становится послом и приезжает к нам в Израиль…
– Саша! – прервал меня Юра, – пожалуйста, больше никуда не переезжай – мне здесь очень нравится!
Ему, действительно, нравилось в Израиле, он получал удовольствие от его колорита, от удивительной природы, от общения с друзьями, которых у него здесь было множество.
Однажды мы встречали у них Новый год в его роскошной посольской квартире. В гостиной стоял красиво сервированный стол с разнообразными закусками, среди которых моё особое внимание привлекло холодное, запотевшее сало. Перехватив мой взгляд, Юра поманил меня в переднюю, где стоял огромный, чуть ли не до потолка, холодильник.
Когда он открыл дверцу, я увидел, что холодильник забит доверху салом и «Горилкой с перцем».
– Не удивляйся: я по два раза в день кого-нибудь встречаю из Украины – и все везут мне одинаковые презенты: сало и «Горилку». Мы уже плачем этим салом – возьми хоть пару килограмм, выручи!..
По окончании каденции в Израиле, его назначили послом Украины в Америке. Когда мы прощались, и он, и Марыся, были очень расстроены.
– Но это же повышение! – пытался подбодрить их я.
– Да, знаю, – согласился Юра, – но я уже не буду себя так чувствовать, как в Израиле. Там – дипломатическая служба, а здесь – жизнь среди друзей.
После Америки Юрий Щербак был послом в Канаде, затем – советником президента Украины.
Сейчас где-то преподаёт, пишет книги. Когда я бываю в Киеве, мы непременно встречаемся, вспоминаем, выпиваем и, сознаюсь по секрету, иногда закусываем прославленным украинским салом: Юра убеждает, что оно – кошерное.
В начале 90-х годов для многих моих Московских друзей Израиль являлся экзотикой, поэтому все стремились при любой возможности прилететь к нам. Наш Центр юмора был уютным и очень подходящим местом для дружеских встреч, застолий и прощаний. Кто только у нас не побывал!
