Юрий Никулин и Григорий Горин приехали с телегруппой снимать передачу «Белый Попугай». С Гришей Гориным я дружил давно, а с Никулиным встречался, но не часто: или в каком-нибудь концерте, где мы выступали в одной программе, или в его кабинете в цирке на Цветном бульваре, когда я приходил к нему за контрамарками для своих внуков.
Поэтому я позвонил их импресарио, сказал, что рад буду видеть обоих, приглашаю на ужин, и после самолёта их привезли в наш Центр. Юрий Владимирович был оживлён, весел и, как всегда, рассказал кучу своих «фирменных» анекдотов, вернее, прочитал их из сборника «999 анекдотов от Никулина». В конце вечера он подарил мне эту книжку с надписью: «Дорогому Саше Каневскому на радость и потеху!»
Через два дня, после съёмок, прощаясь, я настойчиво приглашал его приехать ещё раз, не выступать, не сниматься, а просто пожить в Израиле, и поклялся, что брошу все дела и буду сам возить его по стране, как персональный шофёр.
– Спасибо, Сашенька, но… – Он грустно развёл руками. – Это только Израиль мог заставить меня собраться и прилететь: силы кончаются, больше я уже не ездок.
Спустя несколько месяцев его не стало.
Я часто думал: почему дети так любят клоунов? Потому что клоун – большой ребёнок. А почему мы, взрослые, тоже любим клоунов? Потому что клоун возвращает нас в детство и даёт веру, что детство можно сохранить в себе до старости. Сберечь детство – это большой талант, Никулин обладал им. Ребёнок плачет, когда ему больно. Юрию Никулину было больно за всех нас, поэтому он смеялся.
Валя Гафт бывал в Израиле неоднократно. Я помогал организовывать его встречи со зрителями, потом он выступал у нас в Центре Юмора.
Есть артисты, фамилии которых становятся символами своего времени. Таков Гафт, цветной, многогранный, яркий. Он играет в театре, снимается в кино, выступает в концертах, пишет стихи…
По Москве ходила такая шутка: Гафт – это не фамилия. Это сокращённое название фирмы: ГАФТ – «Грандиозное Артистически-Финансовое Товарищество».
Во время первого приезда он подарил мне свою книжку «Стихи и эпиграммы», а я успел взять у него блиц-интервью:
– Валя, ты пробыл неделю, впечатления острые, свежие… Можешь сформулировать их в одном слове? Огорчительно?.. Интересно?.. Впечатляюще?…
– Ошеломительно!
– Ты впервые в Израиле?
– В этой жизни – да. Но есть подспудное убеждение, что я уже здесь бывал, в другой жизни.
– В той жизни тоже был Кнессет, Сохнут, российское посольство?..
– Не помню. Но журнал «Балаган» был, это точно.
– Да, самое важное не забывается. А теперь скажи какую-нибудь умную, афористичную фразу на прощанье.
– Я не хочу прощаться, не хочу!
– Спасибо, ты её уже сказал.
Его эпиграммы разлетелись по миру, они – очень точные, острые, порою злые.
Но про тех, кого любил, он писал тепло и нежно. Например, про Ролана Быкова:
