- Лихо пришло, отрок. Путята с воями в Новгород ночью вошёл. Никто из стражей в нём татя не признал. Думалось земское ополчение с околицы подошло. А как опозналось, так поздно было.
- А смотрящие, что, прозевали?
-Смотрящие с другой стороны супротивника ждали, тока Путята, а может и сам Добрыня, хитрее оказались. Они с бойцами по Волхову дале спустились, пока тьма и морок над рекой, а ужо потом, с "Неревского" конца, откуда окромя нашего ополчения придти не мог никто, и вошли. Бунтарей сразу хватать стали. Угоняя с Аристархом, повязали. Десятников почитай, тоже всех. Ко мне мальчёнка прибег из крепости, с предупреждением, "Добрынина" сотня сюда направляется. Хорошо мы на "Гончаровском" живём, а то оба уже тоже опутаны были.
Во время всего торопливого разговора Никита не забывал одеваться. И что ему одеваться? Портки подпоясал вот и готово.
- А теперь внимай мои слова старательно, отрок.- Нахмурился Богумил, - десницу от третьей башни в городской стене есть лаз. Пролезешь насквозь и беги вниз по реке. Там бережком, через кустики, тихонько и подальше от города. И обратно в Новогород, пока враги не уйдут, не возвращайся. Наймись, в каком либо хуторе батрачить, да смутное время и пережди.
-А ты Богумил, что, со мной тикать не будешь?- Изумился Никита.
-Куда мне тикать? Стар я, не смогу уже тихо уйти.
-Ага, стар. По лесу, словно Лешак бродишь. Ни кустика не шелохнёшь. Ни с травинки росы не собьёшь.- Уличающе пробубнил ученик.
-Прав ты Никита, не в старости дело. Нельзя мне уходить. Здесь я нужен. Как обо мне народ думать будет? Ежели я, по дворам, да по торжищу ходил. Увещевал всех и каждого под Владимира не прогибаться. Богов своих не отвергать. Веру греческую отринуть. Вот, люд то подбил. А дымом запахло, первый и утёк? Каков же опосля, я волхв буду? Каков наставник?
Никита, хоть и нехотя, а признал, прав ведун. Нельзя ему бежать, нельзя Новгород оставить. Многому учил Богумил, а главному учил - Верным слову и делу быть, пусть во вред себе, но поступать по совести, а коли совесть молчит, то по заветам богов.
"Ну что готов?"- Осмотрел с ног до головы мальчика старик. - " Тогда, вот ещё, что и учти самое главное" - Эти слова Богумил произнёс тем низким, внутренним голосом, которым обычно пользовался при заговорах, внушая пьяницам больше не пить, ни мёда, ни пива, А девкам гулящим, мужиков сторониться и ноги только перед мужем раздвигать. - " Вот эту вещицу",- протягивая Никите "кирпичик", в ладонь шириной и полторы длинной, да в толщину, в два пальца, сплошь исписанную азбукой. Не той азбукой, что новгородцы амбарные записи пишут, да не той, что в греческих книгах писано. А книг у Богумила много, более дюжины. Во всех по разному азбука писана, а такая Никите не встречалась. "Ты любой ценой сберечь должен, слышишь, любой. Не сгинуть, теперь не умереть, не можешь, я не велю. Ты теперь хранитель этой диковины. И наказ у тебя теперь такой будет. Передать эту табличку Великому волхву".
-Так ты Великий волхв. - Не понял Никита.
-Вот, когда смута кончится, мне и отдашь. И гляди, не сломать её не смей, не потерять. А если со мной что стрясётся,- продолжил волхв,- передашь диковину тому, кто опосля меня верховным станет.
Не понравились отроку слава ведуна, словно холодный ветерок по спине пробежал. Не ладное что-то было в том, что Богумил о новом, следующем Волхве речь завёл. Так и беду накаркать может.
-И кто он, следующий Верховный волхв?- Набычился ученик. Понимая, что дела принимают серьёзный и неприятный оборот.
- Чего не знаю, того не знаю.- Перешёл на тихий уставший голос Богумил.- Соискателей трое было, двоих в Киеве сгубили, те чернецы, что с крестами ходят. Третий, не знаю, жив ли, а коли и жив, где обитает, мне не ведомо.
-Как же я отыщу того, кому "кирпичик" твой отдать нужно?- Изумился отрок - Вот уж точно, пойди туда, не знаю куда, найди того, не знаю кого.
-Отыщешь, не бои?сь. Помнишь, я говорил, все мы по судьбе живём. У всех нить Мары плетётся, вот она и выведет. Иди прямо, куда надо придёшь. Не ты найдёшь, тебя найдут.
Никита взял из рук Богумила табличку, завернул в тряпицу и убрал за пазуху, под поясную верёвицу. На улице послышались крики, в оконце иногда залетал отсвет факелов.
- Всё, время больше нет. Беги отрок и всё сказанное помни крепко.- Богумил приобнял Никиту, хлопнул сильной ладонью по спине.- Иди вот сюда, затем огородами и сразу к лазу в крепостной стене. Беги не огладываясь. Не мешкай нигде, что в городе делается, не твоё это. Твоё-наказ исполнить.- Старик приоткрыл прорезанную в задней стене дверцу, ведущую в огороды.
- Я всё равно вернусь, тебе табличку отдать. - Сказал мальчик, и прошмыгнул в приоткрытую щель.
Дверь сразу закрылась, Никита услышал, как ведун накинул засов, и пошёл внутрь. А с другой стороны двора раздавались крики и смех Добрыниных дружинников.
