« Это было совсем не обычно,– рассказывал Никифор репортёру. Командовать целой ротой…. я никогда этого не делал, до этого события я много чего повидал и имел опыт ведения боя, как воевать и бить врага, но никогда на меня не возлагали столь ответственное задание – возглавлять роту. Сначала я даже хотел отказаться, но под трибунал тоже не хотелось, была бы возможность и,… всё-таки удивительная штука, эта жизнь. К вечеру, когда я получил оружие автомат Калашникова до меня дошли слухи, что та колонна, которая везла двух лейтенантов в Логар, попала под фугасы и застряла надолго. На следующее утро, на вертолёте меня доставили к моим ребятам, в ту самую 3 роту. Прапорщик Петренко меня сразу поприветствовал, отдав честь, видать понял, что хоть я и слишком стар для капитана, но не лебезю пред начальством, чтоб повысили по должности. Владимир Петренко был слишком импульсивным прапором, постоянно прикалывался и подшучивал с матом, но и дисциплину держал в роте. Ребята его уважали и немного побаивались, ещё были пара сержантов – они гоняли шнуров, то есть молодых, которые только прибыли в Афган.»
« Ты не парься Васильевич, не мне тебя учить, как этих разгильдяев воспитывать»,– сказал со смехом Петренко Никифору. Жара была под 40 градусов, через три дня меня вызвали, пришло задание по радиосвязи, что вскоре нужно сопроводить колонну из трёх БМП, 4 Камазов , 3 БТР и машину с горючим в южную окраину провинции Баглан. Выдвигаться должны были на следующий день. Если честно, эту войну мне куда приятней вспоминать – огромная армия великой, непобедимой страны. Люди в СССР уважали друг друга и жили дружно, не было лжи и не было волчьей грызни, не как сейчас – одна зависть, алчность и агрессия.
На следующие утро по рассказу Никифора десантники и офицеры третей роты, собравшись, сели в машины и двинулись по направлению к цели. Проехав 16 км, на блок посту колонну Никифора остановили. Один радист сержант, который сидел рядом с Никифорам на БТР передал ему рацию, его вызывали. Командование приказало, что пока никуда не ехать, осесть – на тех местах куда они поедут, пролетят советские вертолёты прочищать местность, потому, как в тех местах постоянно кишат духи, а груз, который везла колонна был важен, особенно горючее. Позже Петренко посоветовал отправить вперёд на разведку человек девять, включая второго радиста, пулемётчика, шестерых десантников для прикрытия и его самого, как главного. Идея была неплохая, так многие делали для безопасности движения. Никифор дал своё согласие и сначала сам хотел идти вместе с разведкой, но прапорщик убедил его, что лучше, как главному – ехать на броне и держать связь. Разведгруппа Петренко, пулемётчик ефрейтор Андрёвкин, радист и ещё шестеро десантников пошли первыми, пройдя 500 метров, Петренко даёт команду сообщить о том, что всё чисто, колонне можно выдвигаться, но не быстро. Со скалы посыпались камни… было очевидно, что за ними кто-то наблюдает. Такое медленное движение продолжалось около 3 часов и, вскоре, пока разведгруппа бойцов 3 роты не села на машины и потом уже продолжила путь в нормальном движении. Ближе к вечеру доехали до цели и как же жители встречали нам с криками: шурави, защитите нас, мы приветствуем вас ! Шурави – так называли советские войска в Афганистане.
В октябре 1982 года многие бойцы роты демобилизовались, на смену к ним пришли новые бойцы. Молодые шнуры, мало служивших и не обстрелянных девятнадцатилетних пацанов, называли шнурами и гоняли, хотя до поры до времени, пока не поучаствуют в боевых или не отслужат больше полсрока. Я всегда чувствовал, когда можно ехать в сопровождении, а когда лучше не стоит, душманы и маджихеды чёрного аиста вели против нас партизанскую войну и мне известна подобная тактика – в 1942 ом мы также выжидали фрицев из леса и обстреливали их мотоциклы и машины. Нужно в первую очередь научиться мыслить как твой враг, против которого ты ведёшь войну, к примеру, а как бы я поступил на его месте. Три месяца назад мы впервые попали в засаду, когда ехали из кишлака на базу и тут послышался свист пуль – в нас начали стрелять из-за гор, правда редкими выстрелами. Мы не останавливались, в ответ мы обстреливали и измалывали скалы пулями по ходу движения, в которых прятались духи. Среди наших убитых не было, но троих зацепило лёгкими ранениями в конечности.
Вскоре на базе, в Пандшере, вместе с 66-ой ОМСБРнам дали отдохнуть неделю, после чего 66 мотострелковой бригаде нужно было выдвигаться в провинцию Кунар, на операцию в горы. Нам их нужно было только сопроводить, главный старшина бригады Корявин Василий, с которым я познакомился и подружился, отличный мужик – писал стихи и играл на гитаре. В предпоследнюю ночь перед операцией он нам всем устроил душевный концерт, никогда не забуду, как он пел, и стихи были жизненными, пусть хоть и рифмы мало, но это стоило послушать.