Кофе он мне сделал без молока, растворимый, по причине отсутствия молотого, и задавал уже успевшие надоесть вопросы. Особого беспокойства я в его голосе не слышала или не хотела слышать. Меньше всего сейчас мне нужны были его расспросы и жалость. Я краем сознания понимала, что нахожусь в доме совершенно чужого мне человека. Его постоянные командировки и мои периодические увлечения чем угодно, только не им, привели в итоге к тому, что я стала невероятно далека от Антона. Раньше мне это нравилось. Это подогревало чувства, привнося новизну отношений. Ощущение «первого» знакомства было очень интересным и заманчивым. До поры до времени. А потом мне просто надоело «знакомиться» с ним каждый раз заново. Еще совсем недавно я стала понимать, что не хочу привязываться, отдавать часть себя, вкладывая в отношения время и силы. Не тот это был мужчина. Тем не менее я вкратце рассказала о событиях последних нескольких дней, благоразумно умалчивая о некоторых деталях.
– Зачем ты связалась с Кристофером? – гневно спросил Антон, когда я закончила свое повествование. – Неужели не понимала, что это к добру не приведет?
Я вяло подняла бровь. Антона я во многое не посвятила, даже того, что мы с Крисом знакомы уже много лет. Что бы сказал он на это и на то, как именно отмазал меня Кристофер, от чего спасла меня Юля и каким образом со мной вела себя наш главный бухгалтер? Я находилась в замешательстве. Впервые в жизни я плохо представляла, что мне делать дальше.
– А что я должна была делать? – уныло спросила я. – Наблюдать за тем, как разваливается моя фирма? Зачем?
– Затем, что это безопасно, – бросил Антон.
Я вяло повернула голову в его сторону. Мужчина нервно расхаживал по комнате, теребя в руках ручку.
– Что мне теперь делать? – спросил он.
– А я тебя о чем-то прошу? – снова отвернулась я и продолжила бессмысленное созерцание потолка. – Мне уже помогли все, кто мог.
– Ты снова о Кристофере? – нервно спросил он. – Об этом бабнике? Такие люди никогда не делают чего-то просто так. Смотри, как бы он не потребовал от тебя уплаты долга… ммм, – звук его шагов прекратился.
– Ты намекаешь на то, что он может склонить меня к сексу? – нахмурилась я.
– Именно! – яростно выпалил Антон.
Я улыбнулась.
Конечно, Кристофер пытался склонить меня к постельным отношениям не раз. Об этом Антону знать было не положено. Но слова, сказанные им, заставили меня задуматься о возможно-предполагаемой выгоде для Криса. Кто знал, что он мог подразумевать, когда пожелал мне помочь? С другой стороны, принуждения ждать было практически невозможно. Он мог шантажировать кого угодно, но что касается меня и сексуальных отношений…
По крайней мере, я была в этом уверена на 99 процентов. Нет, на 80.
– Следи за языком, Антон!
– Поверить не могу! Ты его защищаешь! – мужчина сел рядом со мной.
– Просто он помог мне сегодня. Я не думаю, что уместно бросаться в его адрес обвинениями. Обрати внимание на меня, в конце концов.
Антон посмотрел в мои глаза. Ему стоило больших усилий выкинуть из головы Кристофера. Но, все же, сила воли победила неприязнь.
– Ты такая изможденная, – сказал он.
«Неужели? Заметил», – подумала я, а вслух сказала:
– День выдался на редкость неудачным. А ведь сегодня сочельник.
– Сделать тебе массаж? – проигнорировав мои последние слова, Антон принялся гладить меня по правому бедру.
– И чуда не будет, – пробормотала я разочарованно, потому что ждала от своего парня чего угодно в этот день, только не разбора полетов и секса на закуску.
– Что? – не расслышал он.
– Музыку включи какую-нибудь.
– Ты такого не слушаешь.
– Я сейчас все слушаю, – уверенно изрекла я.
В слабеньких офисных высокочастотных колонках заиграл Queen.
– То есть ты считаешь, что я не ценю творчества этой легендарной группы? – возмутилась я, почему-то намереваясь спустить пар на Антоне.
– Просто ты в основном слушаешь свой Trance и Gregorian с Enigma. Музыка наркоманов.
– Что? – нахмурилась я.
– Trance твой – его же слушать невозможно. Написанный укурками для укурков.
Я потеряла дар речи.
– Какие-то психоделические звуки, которые у меня вызывают ассоциации с безжизненным космосом, травкой и днями неадеквата.
– Следи за языком! – отрезала я. – Я твой R amp;B хоть раз опустила?
– А это направление не трогай. Это музыка свободных.
– Да что ты знаешь о свободе? – стала заводиться я.
– Вот с чем у тебя ассоциируется Trance?
– С жизнью. Со всем. Рассветами, закатами, движением, чувствами и свободой.
– Полеты от музыки, – хмыкнул Антон. – Да она на сознание влияет.
– О да, – согласилась я. – Ты даже себе не представляешь, как.
– Давай не будем ссориться, – примирительно улыбнулся Антон.
Вот так всегда. Все свое возмущение выскажет мне по любому поводу, а потом ведет себя как ни в чем не бывало, словно меня его слова не задевают.
– Тогда выключи это безобразие, – бросила я.
– Чем тебе не нравится легендарное, – он попытался меня подколоть, используя мое слово, – Show Must Go One?
– Тем, откуда оно играет. Это кощунство – слушать такие вещи в таких колонках.
– Ну, знаешь ли, я редко бываю дома, и мне не до покупки качественного оборудования.
