Я направилась к шкафу, стараясь ничего не задеть в темноте. За полками и фанерой, изображающей стену, я без труда нашла сейф. Мне долго пришлось всматриваться в циферблат, зато после ввода комбинации прочные дверцы открылись, являя моему взору несколько пачек денег, стопки с бумагами и… нелепого идола – точную копию статуэтки Кристофера. В темноте она выглядела зловеще. Меня передернуло.
– Она на меня смотрит, – прошептала я.
Я с неприязнью взяла ее в руки и долго изучала ее, пытаясь побороть в себе чувства брезгливости. В голове не укладывалось, почему эта вещь может быть так востребована. Я, конечно, не была экспертом в области археологических реликвий, но понять, что «это» можно добровольно купить, не могла. Конечно, о вкусах не спорят, но все же…
Я трясла и крутила нелепую вещицу, понимая, что что-то упускаю. Гонку за данными предметами искусства я отмела сразу. Можно было предположить, что эти статуэтки действительно дорого стоят, особенно если учесть шумиху с предполагаемым концом света. Кристофер мог бы подзаработать на этом, но Макс…
В свете последних событий я стала сомневаться, что вообще знала своего покойного компаньона. Драки и деньги? Тихий Максим, по моим представлениям, не мог быть втянут в такие интриги. Он же психолог и разбирается в людях. Оказалось, что это не так.
Я положила статуэтку на место и принялась всматриваться в бумаги. Луна перестала прятаться за тучи и стала служить мне прекрасным софитом. Быстро просмотрев документы, я с удивлением обнаружила, что это копии тех самых финансовых отчетов, которых так недоставало в моем расследовании. Непонятно, что они делают здесь. Зачем Максу нужно было привозить отчеты в Испанию? Разве что он нашел здесь того, кто причастен к финансовым махинациям. А может, он просто разбирался с документами на своей территории, пока никто ему не мешал? Пытался понять, что происходит, и сопоставлял факты. А может, Макс сам разорял «Максикрис»? Возможно, ему нужны были деньги для того, чтобы приобрести эту злосчастную статуэтку? Кто знает, что происходило на самом деле? Сейчас я могла поверить во что угодно.
Я снова взглянула на идола. В нем должен был быть смысл.
В нем…
Вдруг я услышала осторожные шаги.
Мой испуганный взгляд метнулся в сторону звука.
«Охрана!» – подумала я и словила себя на том, что не дышу.
Мои глаза тут же окинули бунгало прицельным взглядом. Мест, где можно было спрятаться, оказалось не так много, как хотелось бы. Это были: шкаф с сейфом, кухня и промежуток между стеной и диваном.
Довольно банально.
Легче мне от своих находок не стало. Меня могут застукать на месте преступления. На мгновение я посмотрела на себя словно со стороны. Ночью, испуганная, стою у только что взломанного сейфа.
Отлично!
Мое сердце пропустило удар и огромным камнем свалилось куда-то в пятки.
Шаги слышались за окном. И вот, мимо проплыл силуэт.
Я резко присела и поползла в сторону дивана, отметив, что бесшумно передвигаться мешают статуэтка и стопка бумаг, которые я держала в руках. Однако человек не собирался врываться и арестовывать меня за проникновение в частную собственность. Он тоже крался, явно желая остаться незамеченным.
Странно, кому это, кроме меня, нужно бунгало Макса? В три часа ночи.
Мужчина добрался до входа. Я видела его тень в матовом напылении дверного стекла.
Мой взгляд приковался к дверной ручке, словно пытаясь удержать ее от поворота. Я перевела глаза на замочную скважину и вспомнила про ключ в кармане. Меня от двери отделяло несколько метров, но я прекрасно понимала, что не успею ни заблокировать дверь, ни тем более закрыть ее.
Я нырнула под диван, стараясь не дышать. В следующую секунду раздался звук поворота дверной ручки.
Меня бросило в холодный пот.
– Stop right there! – раздался командный голос. – Who are you?
Я облегченно выдохнула и настороженно прислушалась. По полу скользнул свет фонарика.
– Detective Almov, – последовал четкий ответ знакомого мне голоса. – Do you speak Russian?
А он что здесь делает? Когда это он успел добраться до Испании? Мы с Юлей на частном самолете прилетели час назад. Неужели он вылетел раньше? Как?
Перед глазами пронеслась картина допроса в участке милиции. Это был голос следователя, который меня допрашивал. Холодный и беспристрастный. И снова я ощутила липкий страх, испытанный мной в отделении.
– Это чаная сопственность, – послышался ответ охранника на ломаном русском языке. – Вы не имей прафа сдесь. Ордер.
– Ордера у меня нет, – спокойно и немного раздосадованно ответил следователь.
– Са маной.
Едва различимые звуки шагов донеслись до моего слуха. Затем входная дверь распахнулась.
– Вам бует предъяфлено обвинеть, – ухмыльнулся охранник.
Последовала небольшая пауза.
Мне казалось, что стук моего сердца отчетливо отдается в стенах этого небольшого пляжного домика, и только глухой может его не услышать.
– У меня даже ключа нет, – парировал Альмов.
– А фот это ты поговорить в участке.
– Ты проверь лучше, кто может быть внутри, – посоветовал детектив.
– Попросить!
