Однако и на этот раз агентам не разрешили возвратиться. Они получили еще более короткую «депешу»:
Как видно, «настойчивое желание» агентов вернуться укрепило уверенность фашистов в надежности группы «Бритого», и противник вторично оказал ей помощь деньгами, продуктами и обмундированием.
В октябре 1944 года группе последовало указание обратить особое внимание на движение воинских грузов через Архангельский порт. На это «группа Бритого» ответила в разное время двенадцатью радиограммами с военной информацией о перевозках по железной дороге Вологда — Архангельск.
Для дезинформации германского командования о воинских перевозках через Сызранский железнодорожный узел использовалась радиостанция, изъятая у германского агента Васильченко, служившего ранее в Красной Армии. Васильченко был тяжело ранен, попал в плен, где его и завербовала германская военная разведка, прошел специальную подготовку в Варшавской разведывательной школе. На советскую сторону был заброшен с заданием пробраться в город Сызрань, где он проживал до войны, и по фиктивным военным документам (инвалид) осесть там, выдавая себя за младшего офицера Красной Армии, освобожденного от военной службы по состоянию здоровья, а затем приступить к сбору разведданных. Его выдала родная сестра, обнаружив у брата-инвалида почти сто тысяч рублей, два пистолета и несколько паспортов на различные фамилии.
Германскую разведку интересовало прежде всего движение проходящих через Сызрань эшелонов с войсками, боевой техникой и другими воинскими грузами, состояние охраны железнодорожного моста через Волгу, местонахождение промышленных объектов оборонного значения, объем их работ и характер выпускаемой продукции.
Легендировав благополучное прибытие к месту назначения и удачную легализацию Васильченко в Сызрани, смершевцы по изъятой рации систематически «перегоняли» противнику дезу о воинских перевозках и изредка сообщали отрывочные дезинформационные сведения об оборонных предприятиях, расположенных в городе. Игра шла нормально, и, судя по радиограммам, Васильченко доверяли. Чтобы исключить всякие подозрения и укрепить доверие к агенту, разведцентр немцев не досаждали просьбами об оказании помощи, так как при отправке Васильченко получил достаточную сумму денег и несколько комплектов запасных батарей для рации. Только по окончании срока годности батарей был поставлен вопрос о их присылке, а также присылке новых фиктивных документов и денег. Это не вызвало у противника никаких подозрений, напротив, центр немедленно запросил явочный адрес и пообещал направить курьера со всем необходимым для радиста.
Примерно через месяц на подставленную квартиру-ловушку явился агент-связник германской разведки Владимир Максимов, у которого при аресте были изъяты батареи для рации, фиктивные документы и советские деньги.
Прибытию Максимова предшествовала радиограмма:
Так как после допроса Максимова стало ясно, что использование его в игре в качестве напарника Васильченко может привести к провалу, сообщили, что курьер по указанному адресу не приходил. В один из последующих сеансов связи передали, что радист опасается возможного ареста курьера контрразведчиками и считает необходимым перебазироваться на новую квартиру. Центр похвалил агента за осторожность и просил не терять присутствия духа, обещая оказать помощь.
После этого смершевцы почти прекратили передачу «информации» военного характера, объясняя это необходимостью экономно расходовать батареи. Через три недели на явке появился новый агентсвязник, Буценко, который доставил Васильченко запасные батареи, деньги и новый набор фиктивных документов. После того как выяснилось, что Буценко можно использовать в радиоигре, противнику сообщили о «благополучном» прибытия связника. Прибытие второго курьера с грузом подтвердило предположение о том, что германский разведывательный центр доверяет радисту. Это позволило и в дальнейшем успешно использовать радиостанцию.
25 апреля 1943 года в Салтыковском районе Пензенской области сброшен на парашюте агент-радист Иванихин с заданием собирать разведсведения о Пензенском железнодорожном узле.
