«СМЕРШ»: операции и исполнители полностью

«Квасту. Самолет прилетит, вероятно, в ночь на 11 июня. Посадка — при соответствующем обозначении площадки. Опознавательный знак и окончательное решение последуют. Центр».

Днем 11 июня «Арийцы» получили сообщение об опознавательном знаке и предупреждение:

«Квасту. Самолет ожидайте сегодня ночью. Центр».

И действительно, в ночь на 12 июня 1944 года над указанным местом появился четырехмоторный самолет «Юнкерс-290». После обмена условными сигналами с самолета были сброшены на парашютах пятеро агентов и двадцать тюков груза. Затем, сделав заход, «Юнкерс» пошел на посадку, чтобы принять на борт экипаж сгоревшего самолета. Сев на площадку-ловушку, он попал колесами шасси в замаскированные ямы. Обнаружив западню, экипаж самолета открыл стрельбу из пулеметов. Оперативная группа ответила огнем на огонь. Вскоре самолет загорелся от гранаты, брошенной одним из контрразведчиков, однако стрельба из бортовых пулеметов продолжалась. Полчаса спустя самолет сгорел полностью, погиб также и оставшийся в нем груз. Парашютист-радист Сампилов разбился при приземлении, остальные члены экипажа и сброшенные парашютисты были захвачены.

На другой день в разведцентр была послана радиограмма:

«Центру. Машина не прибыла. Почему? Кваст».

Потеря второго самолета «Юнкерс-290», очевидно, заставила противника задуматься над вопросом: не работает ли от имени Кваста советская контрразведка. Чтобы проверить свои подозрения, немцы передали радиограмму, на которую ответить мог только Кваст.

Вот ее текст:

«Квасту. Немедленно составьте новый шифровальный лозунг из 31 буквы: имя вашей дочери, имя сына, первая К, место нахождения вашего отца, написанное с ТЦ, фамилия унтер-офицера в школе, еще раз имя вашей дочери. Центр».

Немцы были уверены, что без участия Кваста советским контрразведчикам не удастся составить новый шифровальный лозунг. В Квасте же они были уверены и исключали возможность использования его в игре.

Тому же выбирать не приходилось: либо пуля в затылок, либо сотрудничество с советскими спецорганами.

Он ответил на все поставленные разведцентром вопросы.

Доверие было восстановлено, и радиоигра продолжалась. Германский разведцентр радировал:

«Квасту. Машина не вернулась. Очевидно, несчастный случай. Не исключена возможность пленения экипажа. На допросе может быть выдано ваше расположение и цель прилета. Предлагаю скорее передислоцироваться с помощью Огдонова, присутствие которого к тому же поднимет дух у людей. После сообщения о прибытии на новое место получите дальнейшие указания. Центр».

В германский разведцентр посылались радиограммы с требованиями ускорить присылку обещанного груза. Но вместо оказания немедленной помощи немцы продолжали высказывать сочувствие Квасту, успокаивали агентов и просили держаться во что бы то ни стало. Можно было предположить, что они опасались посылать новый (третий по счету) самолет, да и в успех операции уже мало верили.

Чтобы выяснить, намерены ли они прислать немедленную помощь, радировали:

«Центру. Положение очень тяжелое. Отряд Огдонова разбит, калмыки отказывают нам в помощи. Вынуждены, согласно договоренности, пробиться к повстанцам на Кавказ, а оттуда через Турцию, возможно, в Румынию. Больных и раненых вынуждены оставить у калмыков. Выбора нет. Прошу прислать ответ в течение трех дней, так как больше ждать не могу. Кваст».

Центр промолчал.

18 августа 1944 года советская контрразведка сообщила легенду об уничтожении отряда Кваста войсками НКВД:

«Центру. Сегодня юго-западнее Бергина произошла стычка с отрядом НКВД. Мы без боеприпасов, спаслись только на конях. Мучают жажда и голод. В случае гибели позаботьтесь о наших семьях. Кваст».