Точно прицелившись, он остановился в считанных сантиметрах от сучонка — так, словно он совершенно случайно чуть не сбил прохожего и едва-едва успел вовремя затормозить. В расширенных глазах добычи мелькнул ужас — и это чувствовалось просто прекрасно.
— Кретин! — он отпрыгнул назад, выронив телефон, а затем с размаху влепил по капоту машины. — Твою мать! Да что с тобой не так?!
— Со мной? Да ты сам на дорогу выбежал! — он бросил быстрый взгляд в зеркало заднего вида — улица все еще была пуста.
Схватив с соседнего сиденья пистолет, он направил его сучонку прямо в лоб, наблюдая, как его глаза расширяются от ужаса. Затем он выбрался из машины, не отводя пистолета в сторону.
— Полезай на заднее сидение.
— Нет, — побелев от ужаса парень попятился назад, глядя на него широко раскрытыми глазами. Затем его взгляд упал на телефон, валяющийся на асфальте.
— Не трогай его, — сказал он, чувствуя, как разливается по венам ощущение собственного могущества. — Тронешь — я тебя пристрелю нахрен.
Весь дрожа, парень подошел к машине, открыл заднюю дверь и забрался внутрь. На полпути он нерешительно замер, когда его взгляд остановился на перегородке, отделяющей передние сиденья от задних — на самом деле, это была старая патрульная машина, купленная на аукционе. Впрочем, пистолет, направленный в голову, придал добыче скорости.
Еще раз осмотревшись, он сел за руль и заблокировал двери. Парень немедленно схватился за дверную ручку, надеясь сбежать, но замок не поддался. Все-таки это была бывшая полицейская машина, и задние двери было в принципе невозможно открыть изнутри.
— На полу лежат наручники, — скомандовал он. — Надень их.
На этот раз парень спорить не стал. Наконец-то он начал понимать гребаные приказы.
— Зачем вы это делаете? — проскулил сучонок.
— Заткнись, — машина быстро набирала скорость. Нужно было выбраться отсюда как можно скорее.
Он потянулся к телефону, чувствуя, как возбуждение охватывает все его тело. Он сделал это. Нет ничего лучше, чем идеально выполненный план.
Кроме идеально выполненного убийства, конечно.
Он стянул с лица лыжную маску и отбросил ее на соседнее сиденье. Если сейчас кто-то обратит на них внимание, то ничего подозрительного они не увидят. Просто парень, который едет на заднем сидении автомобиля, вот и все.
Он выехал из кампуса и отправился в новое местечко, которое он недавно подыскал.
— Если вы меня отпустите, я дам вам денег, — умолял парень.
Он взглянул в зеркало заднего вида.
— Скажешь еще одно слово — я тебе ногу прострелю.
Оставшаяся часть пути прошла в молчании. Это время он использовал с толком, в красках представляя, что он сделает со своей новой добычей, вновь и вновь проигрывая в голове волнующую кровь фантазию. А потом, когда он его убьет, он посмотрит запись. Много-много раз.
Нужно запастись терпением. Предвкушение убийства — не менее важная часть веселья, чем все остальное.
Когда они добрались до места, он вышел из машины сам и распахнул заднюю дверь.
— Вылезай.
Поскольку шериф нашла гостиницу, вернуться туда он больше не мог.
Его добыча выбралась из машины, а уже секунду спустя — кинулась на него, метя скованными руками прямо в лицо.
Он ждал этого. Последняя, отчаянная попытка побега. Эти кретины так невероятно предсказуемы.
Он выхватил из кармана электрошокер и прижал его к чужому предплечью. Парень зашелся в конвульсии, а затем обмяк и мешком повалился на землю. Отлично, на какое-то время это его успокоит.
Интересный факт: электрический импульс, испускаемый шокером, с легкостью проходит по мышечным волокнам. Чем ты больше и мускулистее, тем сильнее ты получаешь удар.
Проще не бывает.
Все его жертвы действовали одинаково, как под копирку. Безмозглые идиоты, вот они кто. Но почему-то они именно себя считают самыми главными самцами вида.
Просто уморительно.
Эти студентики не умеют ничего, кроме как трахаться направо и налево, пить и транжирить деньги родителей. Абсолютно бесполезные выродки, все до единого.
Ярость затуманила его зрение. Он с трудом сморгнул пелену с глаз, глубоко вдохнул и задержал дыхание, пытаясь успокоиться. Ничего, скоро он наконец-то сможет пришить этого сучонка.
Добыча у его ног пошевелилась и издала сдавленный стон, словно почувствовав его мысли.
Почувствовав угрозу.
Размахнувшись, он еще раз ударил парня шокером — так, для острастки, не чтобы вырубить, а просто веселья ради. Сучонок задергался в спазме, и он сухо рассмеялся, глядя на его мучения.
Поглядите, пляшет, словно марионетка! И именно он дергает за ниточки.
Он подождал, пока парень не придет в себя, а затем перевернул его на спину и похлопал по щекам.
Добыча глухо застонала, с трудом приоткрыв глаза.
— Все, хватит. Проснись. Если ты не будешь соображать, никакого веселья не получится. Вставай, говорю!
Парень заморгал, фокусируя на нем взгляд. Шокер прекращает действовать быстро. Вот если бы он использовал наркотики — его второе верное оружие, этот парень еще не скоро поднялся бы на ноги. Но с шокером быстрее, можно управиться всего за одну ночь. У него, в конце концов, много дел, и в отличие от этого сучонка, страдать херней ему некогда.
