- Я бы не связывал это с тобой, девчонка. Мир в моей душе наступил с тех пор, как воссоединился с Элеонор… и сыном.
- Ой, да брось! – она очень широко улыбается. – Ты же и сам не веришь в то, что сказал!
Свожу брови и скрещиваю на груди руки.
- Твой кошмар, - она подходит ко мне и теперь вынуждена смотреть снизу вверх, задрав голову, - утихомирился, потому что тут я. Я – сила, что уравновешивает твое состояние. Я есть покой. Я… есть умиротворенность. Тепло. Нежность. Любовь.
- И на что ты намекаешь?
- Я никогда не намекаю, Спенсер. Граф. Я говорю прямо. В лоб.
- Пока еще не слышал.
- Я нужна тебе. И буду нужна после того, как мы свергнем Перегила. Я нужна тебе, ведь… - я слышу, как одновременно по всему залу запираются двери – тяжеленные деревянные брусы встают в специальные крепления, чтобы никто не вошел, - ведь лишь со мной ты сможешь сохранить рассудок… и не сойти с ума… от Её шепота.
Аква улыбается. Она будто проникла в мою голову.
И теперь она отступает на пару шагов. Делает взмах рукой – и ее тело обращается в воду. Я вижу, как передо мной стоит силуэт девочки, больше похожий на ледяную скульптуру, правда… еще не замороженную.
И в следующий момент силуэт начинает меняться – она становится выше, вытягивается, округляются бедра и грудь, становится более видной талия.
Снова взмах рукой – и передо мной стоит настолько невероятной красы женщина, что я тут же ощущаю, как учащается пульс. Она глубоко вздыхает.
- Мы – как Инь-Ян, - продолжает она, но уже взрослым голосом, голосом половозрелой особи. – Ты – весь такой мрачный и грубый. Страшный и черный. И я, - разводит она в стороны руки, словно демонстрирует свою безупречную фигуру, - сама чистота, само добро, сам свет. Мы дополняем друг друга.
- А Перегилу такое говорить не пробовала?
Кажется, тут я слегка смог ее задеть – и лицо на мгновение вздрагивает.
- Он – другой. Он – моя противоположность. И да, ты прав. Мы могли бы быть с ним вместе, править на пару. Но он решил поступить иначе. Решил править единолично. Но ты… ты же не откажешься от партнерства? Ты станешь Императором, а я – твоей Богиней.
- Я думал, что мы уже это обсудили. Разве нет?
- Нет, - на безупречном лице появляется не менее безупречная улыбка. – Договора как такового не было. А сейчас… предлагаю обсудить все пункты соглашения.
- И какой первый?
Ее рука приподнимается к защелке на уровне ключицы, расстегнув которую, она наполовину спустит свое платье, чем обнажит правую грудь.
- Вот этого не стоит делать, - говорю я совершенно серьезно, приподнимая руку. – Я женат. И…
- И поклялся, что будешь верным, да, - кивает Аква, нисколько не замедлившись и все же совершая задуманное, - но я не женщина – я Богиня. И это не секс. Это – подпись.
Я смотрю на безупречную грудь, не в силах оторвать взгляд. У меня внизу всё набухло, но я бы не хотел так быстро нарушить своё обещание.
- Так глупо… клясться в верности, когда вся твоя сущность… кричит об обратном. Кара… Эльрикель… Мария… я, - на последнем слове она поднимает глаза и смотрит на меня, лукаво улыбаясь. – Ты не должен довольствоваться малым. Ты – будущий владыка этого мира. Приближенный к Богу. Кому, как не тебе, даровано право иметь всё… и всех, кого лишь пожелаешь?
- Ты, твою мать, должна вроде переть за верность, честь и заповеди, разве нет?
- Я должна переть за счастье. А ты не будешь счастлив с Элеонор. Она хорошая… но ее срок подходит к концу.
- Срок?
- Она умирает, Маркус, - ее глаза не выражают ничего. – Дай ей быть счастливой… эти последние дни.
- Да о чем ты? От чего она умирает? Как ей помочь?
- Никак, - отвечает она и подходит, кладет одну из своих ладошек на мою руку. – Никак, Маркус. Но это не должно тебя волновать. То, чему суждено случиться, - обязательно произойдет.
Ее правая грудь оголена и я ловлю себя на мысли, что с трудом сдерживаюсь, чтобы не смотреть на нее.
- Не надо, - улыбается богиня с синими волосами.
- Что не надо?
- Сдерживаться, - она улыбается. Берет меня за руку, поднимает ее и кладет к себе на грудь. Я тут же ощущаю ладонью ее отвердевший сосок.
- Похоть – не твоё оружие. Почему же ты его используешь?
Снова улыбка.
- Я девушка, в первую очередь. И делаю то, что хочу.
- Ты лгунья.
- Возможно.
- И манипулятор.
- Тоже может быть.
- Кирилл отзывался о тебе как о самом чистом, что есть в этом мире.
- Каждый видит меня такой, какой хочет видеть.
- Или такой, какая сможет им управлять.
- Но у меня ведь получается? – ее левая бровка слегка приподнимается, а затем она расстегивает вторую бретельку – и платье падает к ногам, обнажая ее всю. Моя рука все еще сжимает ее правую грудь.
- Ещё как, - честно признаюсь я, а затем впиваюсь в ее губы своими. Всё, что я сейчас хочу – это остаться без одежды и обладать ею, самой Богиней.
И это присходит. Сначала на ступенях, ведущих к трону, затем и на самом троне. Она делает всё, о чем я лишь смею желать. Показывает невероятную гибкость и безудержную страсть. Когда все заканчивается, в голове всплывает лишь одна-единственная мысль, которую Аква тут же озвучивает:
