Жутки полки были обложены рваными металлическими пластинами, битыми очками, медными пуговицами, кусочки битого стекла и вообще все, что только может блестеть и светиться. В таком узком коридоре маг не мог пройти и шагу, чтобы не задеть какую-нибудь из полок. Хазнеф же, казалось, не испытывал никаких трудностей и уверенно шёл вперед.
Маг проскользнул мимо грязных чучел гоблинов, активно двигая бёдрами, чтобы ничего не задеть и не отстать от Роуэна. Когда вонь и гниль заполнили воздух, чучел стало так много, что даже хазнеф не мог пройти мимо, чтобы не задеть какой-нибудь предмет и не уронить его на пол. Каждый раз, когда это происходило, Роуэн останавливался, чтобы вернуть предмет назад и закрепить его еще надёжнее. Вангердагаст тоже старался идти так же аккуратно, как и его провожатые, чего нельзя было сказать, взглянув на череду лежащих на полу безделушек, оставленных магом.
Наконец, они вошли в тёмную пещеру, где вонь была настолько сильной, что магу пришлось закрыть нос рукой. Хазнеф протянул руку и остановил Вангердагаста.
- Ты можешь прыгать, маг?
- Прыгать? – переспросил Придворный Маг и взглянул под ноги, увидев глубокую тёмную яму. – Во имя магии! – Выкрикнул маг и посмотрел на яму шириной в три-четыре шага, освещаемую молниями на кончиках пальцев монстра.
- Перепрыгнуть обрыв. – Пояснил Роуэн.
- Когда мне было двадцать, может и смог бы, - ответил маг. – Теперь потребуется магия.
- Не очень мудро, - ответил хазнеф, взяв руку мага и прижимая её к своему запястью. – Держись.
Вангердагаст посмотрел в темноту и нахмурился.
- Почему бы нам просто не пройти другим…
Слова мага растворились в его крике, когда Роуэн подпрыгнул, таща мага за собой. Вангердагаст увидел стены, покрытые коричневым…чем-то, после чего его колени подкосились, когда хазнеф приземлился на другом конце вонючей ямы.
Роуэн быстро поднялся на ноги и сказал:
- Ты сам просил мой помощи, так что теперь не оскорбляй меня, отказываясь от неё.
- Было бы лучше, если бы ты отпустил меня.
Вангердагаст многозначительно глянул на своё запястье, где рука Роуэна уже приближалась к кольцу желаний. Хазнеф так резко убрал руку, что маг пошатнулся и чуть не упал на землю.
- Пойдём, - Роуэн отпустил мага и повернулся к чучелам. Его тёмные брови подпрыгнули от ужаса, но он ничего не сказал и пошёл дальше. - Когда я передам тебе посох, мы разойдёмся. Сделай так, чтобы я никогда больше тебя не увидел.
- Я не собираюсь делать этого. Не могу, - прежде чем продолжить, маг дождался, чтобы Роуэн прошёл на несколько шагов вперед. – Вдвоём у нас больше шансов.
- Ага, пока я не проголодаюсь, и не поглощу магию кольца и посоха, закусив тобой. – Хазнеф ускорился, и маг начал отставать.
- Не закусишь, - ответил маг. – Я могу утолить твой голод.
- Но никогда не насытишь меня. Нет, чем больше я утоляю свой голод, тем больше он становится. Это как с тобой и твоей жаждой короны.
Вангердагаст остановился и уставился в спину хазнеф.
- Моей чем? У меня нет никакой жажды короны.
- Нет? Значит, ты не претендовал на титул короля, когда Болдар ранил тебя?
Вангердагаст застыл от изумления. Он рассказал Роуэну о ране, полученной от Болдара и последствиях от неё, но подробности маг и сам помнил весьма смутно.
Они прошли еще несколько шагов, когда Роуэн остановился и повернулся к Вангердагасту.
- Это было лишь предположение, - сказал он. Его тон был мягким, почти сочувствующим. – Но не очень сложным. В душе каждого есть тёмные уголки, и именно из них и прорастает сила хазнеф.
- А какой твой тёмный уголок? – Нагло спросил Вангердагаст.
- Страх, - прямо ответил Роуэн. – Страх никогда больше не увидеть Таналасту.
Вангердагаст был удивлён не столько ответом, сколько своей реакцией на него. Когда они путешествовали по Каменным Земля, маг считал привязанность рейнджера к принцессе чем-то опасным, что может пошатнуть её авторитет. Теперь он всячески возбуждал эту привязанность, прячась за ней от голода и других звериных чувств хазнеф. Ирония была на поверхности. Он знал, кто из них был настоящим монстром.
Вангердагаст положил руку на плечо Роуэну и сказал:
- Ты увидишь Таналасту. Мы оба увидим.
- Этого я и не хочу, - ответил хазнеф, сбрасывая руку мага. – Я не хочу, чтобы она запомнила меня таким.
- Этого и не будет. Что бы ни было сделано, это можно обратить вспять. Я позабочусь об этом, когда мы сбежим отсюда.
- Если мы сбежим. Осторожнее со своим высокомерием, маг.
Вангердагаст уже хотел возразить, что это было не высокомерие, а простая уверенность, но затем он вспомнил, сколько времени провёл в городе, и ответил:
- Хорошо, если сбежим.
Роуэн кивнул и пошёл вперед.
- Если мы сбежим, то ты должен пообещать, что никогда не расскажешь Таналасте о том, что случилось со мной.
- Если мы бежим, то я хотел бы, чтобы ты сам рассказал ей об этом.
