- Удивленно, - Вангердагаст ответил коротко и попытался вложить в свои слова намёк на раздражение. Он действительно полюбил Роуэна, возможно даже начал восхищаться им, и последнее, что маг хотел, это обсуждать с рейнджером характерную тень на губе принцессы. Губа королевы Филфаэрил так же темнела во время всех трех ее беременностей. - Она ожидала услышать тебя.
- И у неё получилось, но как?
Вангердагаст едва услышал вопрос, потому что ему только что пришло в голову, что он наконец-то, пусть и смутно, но осознал время. Лицо Таналасты казалось утомленным и уставшим, но также гораздо более круглым, чем оно было во время их последней встречи, с разросшимся подбородком, что означало значительное увеличение веса. Она была близка к родам. Чтобы она встретила достойного молодого дворянина, который бы правильно за ней ухаживал, успела бы пожениться, зачать ребенка и проносить его около восьми месяцев ... долен был пройти, как минимум, год, да и то только если она отказалось от глупой затеи брака по любви.
- Что-то не так? - спросил Роуэн. - Почему ты побледнел?
Маг отмахнулся от вопроса, притворяясь озабоченным, пока придумывал правдоподобный ответ. Его мысли сразу же вернулись к Таналасте. Вангердагаст еще помнил детали видения Таналасты о любви, из-за которого она казалась твердой в своем решении выйти замуж по любви, а значит на знакомство, брак и беременность ей понадобилось бы не меньше двух лет. А еще женщине понадобилось бы время, чтобы забыть Роуэна, ибо только после этого она могла встретить кого-то и искренне полюбить снова. В первый раз на этот процесс ушло двадцать лет.
Тогда Вангердагаст понял. Если бы принцесса влюбилась в кого-то другого, она бы не искала Роуэна несколько лет спустя. Он посмотрел на хазнеф.
- Ты спал с принцессой?
Жемчужные глаза Роуэна округлились, а затем он отвернулся.
- Не думаю, что это дело.
- Конечно моё! – огрызнулся Вангердагаст. – Тебе не кажется, что это дело Придворного Мага Кормира, когда безродная, опозоренная собака так пользуется наследной принцессой?
- Пользуется? - повторил Роуэн. Комната разразилась разбежаться по углам зала. - Если принцесса действительно должна рассказывать о таком тебе, то я уверен, что она упомянула и о своём желании, и о моём желании, хотя я искренне не понимаю, почему Придворного Мага касается то, чем занимаются супруги.
- Супруги? – магу начало казаться, будто его голова была наполнена шерстью. – Мне казалось, что вы не покидали Каменные Земли. Когда вы успели сыграть свадьбу? Когда успели получить одобрение короля?
- Это брак между двумя людьми, - сказал Роуэн. Молнии пропали. - У нас было благословение Чонтии, и этого было достаточно. Таналаста не сказала тебе?
- Нет, - Вангердагаст обмяк на троне и покачал головой, пытаясь представить последствия и угадать, как эти новости воспримут в Кормире. - На самом деле, ей не нужно было ничего мне рассказывать. Я видел все сам.
- Видел? Как… - Роуэн позволил вопросу оборваться, и тут зал стих, а его челюсть отвисла. – Я стану отцом?
Даже после того, как убитых и раненых убрали на кухню, обеденный зал Краунсильверов выглядел скорее как скотобойня, нежели зал для приёмов в загородной усадьбе. По шёлковым гобеленам и мастерски расписанным стенам была разбрызгана кровь. Следы от когтей и выбоины от лезвий бороздили стол из розового дерева. Блестящие осколки хрустальной люстры валялись на полу, а запах крови и увядания висел в воздухе, как дым над огнем.
Между высокими окнами вдоль внешней стены стояла новый отряд воинов, в который вошли лучшие рыцари из самых верных короне дворянских домов. Они держали свое оружие в руках и были готовы к битве, но, казалось, не могли отвести глаз от стула, на котором сидела Таналаста, из ран на лице которой все еще текла кровь. Рассказ о том, как она схватила алебарду и расколола грудь Мелинету Туркасану, разлетелся по поместью, словно пожар в летнем лесу, обрастая новыми подробностями каждый раз, когда переходил из одной секции поместья в другую. К тому времени, когда слух достиг конюшен, где рыцари охраняли лошадей, история рассказывала о беременной женщине, в одиночку уничтожившей монстра, разрубив его на части, попутно гоня его через весь зал. Ни один здравомыслящий человек не поверил бы это, когда увидел бы, насколько распух её живот, но принцесса оставила этот рассказ без комментариев. Завоевав славу за свою безжалостность, она решила также заслужить репутацию храброй воительницы.
Видя, что все было готово, Таналаста кивнул Овдину.
Мастер Урожая снял с шеи священный амулет Чонтии и спросил:
- Вы уверены, что готовы сделать это снова так скоро?
Таналаста кивнула.
- Король должен услышать, что скажет Вангердагаст. Я готова. Она посмотрела на отряд рыцарей, на которых она будет полагаться.- А вы?
- Готовы. - Ответил Корвар Раллихорн.
