Вы, что ли, предлагаете их решение?
- Не такие, какие были бы без Романа, - чуть резко отвечаю я.
- Вы с ним из-за этого?
В его глазах гамма эмоций. Понимание, сожаление… надежда?
Даша, ты фантазёрка.
- Нет, не из-за этого.
Опять резковато. Не надо ему грубить, это невежливо и Рольсен не заслужил пока.
Пока.
Кивает.
- Думаю, вас вообще не спрашивали.
Эта догадка меня просто выбешивает, но я не подаю вида. Никакой мимики, ни звука.
Но он догадывается.
- Простите, я задел за живое, - снова мягко, виновато даже. - Просто я его хорошо знаю. И не припомню, чтобы он уважал мнение других, даже тех, к кому испытывает интерес.
Евгений Михайлович, я вас ненавижу.
Слёзы пережали горло, и я прижала ладони к лицу. Прорвался первый всхлип, затряслись плечи. Зачем закрываться, если хорошо видно, что я плачу?
- Даша.
Нет, реакции не будет. Мне паршиво, и это ваша вина. Возможно вы знаете, каково это - любить, и получать в ответ просто интерес. Возможно поэтому и сказали. Вы хотел зацепить? Получилось. Вы хотели понравиться? Вижу, что нет.
- Даша, простите. Я не хочу вас расстраивать, но не вижу другого выхода. Скажу банальность, но вы достойны лучшего. Вы с ним, потому что не можете бросить, или вам не позволяют?
Я сверкнула взглядом между пальцев. Принесли заказ, и пришлось убрать руки.
- Поймите, вы - мечта. И мне жутко думать о том, что вас могли убить в чужой охоте.
Вы могли убить, Евгений Михайлович.
- После этого вечера многие хотели бы вас заполучить… Но не осмеливаются.
- А вы? Не боитесь, что Роман просто вас убьёт? - спрашиваю с ехидными нотками.
- Даша, я родом из тех времён, когда умереть за любовь было высокой доблестью.
Не верю я вам. Ну не верю.
Некоторое время мы молчали. Я просто ела, стараясь не отвлекаться, Рольсен смотрел на меня - так, как будто любовался.
Вы тоже играете. Вы все постоянно играете. Я не хочу быть игрушкой. Не буду.
- Так что там с Ланой? - Напомнила я.
- Как я понял, вы подруги. Даша, мне очень жаль.
- Что-нибудь более информативное? - я постаралась сказать это без эмоций.
- Забудьте о ней. Вы можете быть рядом, поддерживать, скорбеть. Но не можете спасти. Поверьте, она сама виновата во всём, и знала, с чем играет.
- Что случилось? - с нажимом спросила я.
- Здесь я знаю мало. Я исполнитель. Но могу сказать, что ложа приговорила её, и отмена приговора просто невозможна. Её не допустят.
- А если доказать, что она невиновна?
Не знаю как - и не знаю в чём. Но стоит выяснить все возможности.
Рольсен покачал головой.
- Нет. Никак.
- И ваша ложа не боится? - деланно удивилась я.
- Кого?
- Роман её любит. Он не спустит это просто так.
Мой директор рассмеялся.
- Если бы они были вместе, ложа ещё подумала бы. Хотя не факт. Но, Даша, он одиночка - всю жизнь один.
- У него есть друзья. Почему бы не завести семью - со временем? - возразила я. Они с Ланой были бы прекрасной парой. Сердце неприятно кольнуло.
- Друзья? - он приподнял бровь.
Хотя бы такие, как Андрей и Дьявол. А что?
- Эльвильяр старше меня лет на шестьдесят. Знаете, в Европе была одна школа, в которой изучали науки будущие мистики. Туда приходили уже взрослые и перспективные. Еретика туда привёл подростком один хороший человек.
- Он был таким одарённым? - подростком? Когда остальные попадают в эту школу взрослыми?
- Нет, - он снисходительно улыбнулся. - Его туда устроили на мелкие работы. Разумеется, никому и в голову не приходило, что он будет учиться. Эльвильяр ведь не только не дворянин, он вообще беспризорник. Мальчишка с Эльвильярских улиц. А в школе все титулованные. Знаете, Даша, эти европейцы слишком много значения придают титулам. Чем древнее род, тем больше важничают. А Еретик… Фамилией он взял название родного города, второе имя… Это просто прозвище.
- ‘Тёмный’? - я не вспомнила точно это на испанском.
- Да. Tenebroso - это кличка, и её дали… м-м… - лёгкая заминка - за его малограмотность. Это уничижительное прозвище, он даже буквы не знал. Но хотел учиться. Что для человека с его происхождением было нереально. Он там делал даже самую грязную работу, и часто вместо платы брал старые записи учащихся. Книги ему не давали - это была невероятная ценность, всё-таки. Я даже слышал, было несколько скандалов, когда Эльвильяра замечали за подслушиванием и подсматриванием на занятиях. Били, но не выгоняли. Как я понял, учёные мистики и учащиеся считали его забавным. Несомненно, они сами воспитали монстра.
- Монстра? - меня обидело это.
- Вы не знали его тогда. Да спросите сами - Эльвильяр не будет отрицать.
Да, не будет. Он уже говорил. Но теперь всё по-другому. Может, я сейчас выгляжу как обычная женщина ‘Он разведётся, он обещал’, ‘Он бросил пить, теперь уже точно’, но я ему верю.
