- Даша, - Андрей сел рядом и укутал меня посильнее в покрывало. - Мне просто надо знать, то произошло. Ты же не слушала голоса разума - ни своего, ни чьего-либо ещё. Ты была влюблена, как кошка весной. Что такое? Он что-то сделал… не то?
- Значит, это он попросил тебя поговорить со мной? - вздохнула я. - И ты меня не освободишь? Хотя… наверное, ты прав, это и впрямь бесполезно.
- Даш, я тебя очень люблю. Но и Рамон мне дорог. Что бы он не говорил, друзьями в привычном смысле этого слова мы так и не стали. Он до сих пор воспринимает меня как старшего. Но, тем не менее…
- А раньше ты о чём говорил?! - рассердилась я. Что же он так хотел, чтобы я бросила Романа? Уговаривал, гадости рассказывал!
- Извини, - виновато ответил мой друг. - Но я не думал, что всё так запущено. Я считал, что Лана - его любовь на всю жизнь. К ней он относился совершенно не так, как к тебе. Но, похоже, я ошибся.
- Думаешь?
- Может быть. Теперь уже не уверен, что прав.
- И я не уверена. Но так похоже, что он её любит… и она его.
Я прижалась к нему:
- Слушай, обещай, что не скажешь Роману.
Он подумал. Кивнул:
- Хорошо.
- Андрей, я серьёзно. Поклянись.
- Клянусь, Даша, - мягко улыбнулся. Пусть смеётся, я потерплю.
- Я очень его люблю. Но Лане он нужен. Если он будет с ней, защитит от чего и кого угодно. А я… я и так проживу. Не надо говорить ничего и читать нотации. Я всё обдумала. И ты обдумай. Это самое верное решение.
Он смотрел в стену и молчал.
138.
Роман пришёл, когда уже стемнело. Он сел за моей спиной и долгое время просто смотрел на баталии Героев Меча и Магии, проходящие на огромном экране. Я не обращала на него внимания. Вернее, пыталась не обращать - если что-то надо, пусть сам скажет.
И сказал.
- Дашка, выходи за меня замуж.
Я фыркнула, бросила мышку и повернулась:
- И по какому обряду?
- Хочешь, религиозному.
- Я христианка. А ты?
- Милая, сейчас за деньги всё делают.
- Или, может, у тебя есть паспорт? - как можно более елейным голоском спросила.
- Вот.
Он развернул передо мной книжку паспорта.
‘Иванов Роман Иванович’?!
- Ты издеваешься? - выдавила я сквозь зубы. Начинаю злиться. - Это российский паспорт!
- И что? Мы же собираемся жить в России.
Чуть поумерила злость, как можно спокойней сказала:
- Мой паспорт - это документ, который мне дорог. Это серьёзно. Твой паспорт - бумажка, которая для тебя ничего не значит. Ты таких можешь сколько угодно наделать. Ведь можешь же, да? Это не брак.
Он обнял меня и вздохнул:
- Дашка, девочка моя… Ну скажи что тебя не устраивает?
- Я говорила.
Усилием воли задушила эмоции. Впрочем, бесполезно. Думаю, он чувствует.
- Ром, ты кормишь моих животных?
Сменим тему. Эта слишком жестока. Для нас обоих.
- Конечно.
Он уселся рядом со мной, на полу.
- Котята орут и ползают. Когда их раздать?
- Пока рано. А Хомка?
- Я скормил его кошке.
- Ром!
- Ну?
- Зачем говоришь такие вещи?
Он засмеялся.
- С ними всё хорошо.
Я отвернулась в телевизор. Пусть развлекается как хочет, а у меня тут герой вражеский к замку подобрался.
139.
- Ну что, поделимся новостями?
Эльвильяр настоял, чтобы обязательно присутствовала Лана. Андрей не стал возражать - пока ещё не знал, зачем.
Девушка нервничала. Она полуприкрыла глаза ресницами, и бросала из-под них короткие взгляды то на Андрея, то на Романа.
Последний смотрел на неё, не отрываясь.
Потом сказал:
- Милана, поговорим откровенно?
Она подняла на него полные слёз голубые глаза, и кивнула.
- Садись. Монах, я хочу кое-что уточнить. - он свирепо улыбнулся девушке.
- Еретик, о чём можно ещё говорить, если у тебя Даша, прикованная к кровати цепью, и ты ей даже одежду не даёшь?
Андрей говорил ровно, но ярость в голос прорывалась.
- Так зачем ей одежда? Слушай, мы это обсудим, но не хочешь ли ты обсудить столь же важные вещи, а?
- Если может быть что-то столь же важное.
- Разве не важно то, почему охота на Лану ведётся под руководством отнюдь не главы одной из российских лож. Тебя это интересует?
Андрей недоверчиво посмотрел на него.
- Вот, и меня тоже. Угадай, какая ложа приняла постановление о казни?
Мистик посмотрел на Лану, на слёзы у неё на глазах… У Эльвильяра куда больше возможностей, чем у них обоих. Что же такое он раскопал? И неужели…
Бесцветным голосом он предположил:
- Французская?
- Ну вот, - притворно расстроился тот. - А я хотел тебя удивить.
- Но почему? - конечно, удивил. Ложи не лезут в дела друг друга. Даже три российских стараются не пересекаться.
- Да, мне тоже интересно. И ещё возникает вопрос: что случилось тогда, когда я умер?
Андрей поморщился. вот сейчас только риторических вопросов недостаёт.
Хотя стоп…
- Подожди, ты что, не знаешь?
- А как я мог это узнать? - весело засмеялся тот. - свободного времени на выяснения немного не хватало. Да и на прогулки не выпускали. Думаю, в мою честь организовали праздник?
- Да, по поводу твоей смерти мало кто горевал. Извини.
- Лана, а ты? Ты меня пожалела? - рассмеялся Эльвильяр.
- Ничего подобного! - она надула губки и отвернулась. - Но я тебе благодарна.
- Ну так расскажи, что ты сделала.
Она посмотрела на него глазами, полными слёз:
- Я не знаю. Правда!
- Да как же вы достали!
