Голова пульсирует болью. Рей не может говорить с кислородной маской на лице, но через Силу зовёт Люка и прижимает ладонь к дюрапластику резервуара. Когда она открывает глаза, его рука прямо напротив её – будто мужчина даёт ей пять.
Должно быть, мысль достигает его – Люк устало улыбается.
– Геройствуешь, а?
Рей не может спорить – во всех смыслах.
Джедай качает головой. Она ощущает, как его тревога неторопливо уступает место изумлённой весёлости. Хорошо. Ей не нравится, когда учитель беспокоится – особенно за неё, своего последнего ученика.
– Тебе повезло. Если бы тебя не выкинуло из истребителя, ты бы уже была…
Паника сжимает грудь, когда девушка вспоминает крик и последовавший за ним удар. Корабль тряхнуло, система перегрелась, заискрила панель управления, в кабине резко запахло топливом, а потом…
Потом в груди что-то яростно, безудержно рванулось. Стену истребителя выворотило наружу, будто кто-то схватил её и выломал. Сидение вывалилось в открытый космос. За спиной Рей полыхнул взрыв, а после – ничего. Дрейф.
В то же мгновение в уголке разума она снова слышит его – громко и настойчиво. Обычно между ними двумя нет места словам – вместо них Рей ощущает хаотичные волны чувств. Ей сложно понять их все – она может уловить лишь самые сильные: облегчение, чувство вины. Ярость.
Девушка сглатывает, внезапно понимая, кто сбил её истребитель. Её взгляд перескакивает на Люка. Она также вспоминает, кому принадлежал крик.
Выражение лица учителя невозможно прочесть.
– Отдыхай, Рей.
Дроид-медик, стоящий у края резервуара, нажимает на кнопку, и её глаза закрываются.
Рей снова дрейфует в невесомости.
***
Она просыпается через два дня от звуков отключения резервуара и журчания бакты, утекающей в маленькое отверстие у её ног. Пальцы рук и ног покрывают морщинки, а тело, которое больше не поддерживает жидкость, кажется тяжёлым. Зубы тотчас начинают выбивать дробь, хотя в медотсеке тепло. Рей по-прежнему с трудом сгибает левое колено, а её голова всё так же болит. Резервуар открывается, и аппаратура отсоединяется. Она делает первое неуклюжее движение и рядом с благодарностью замечает аккуратно сложенную смену одежды.
Девушка неловкими пальцами натягивает приготовленные вещи. На её руках новые шрамы – светлые и едва заметные. По крайней мере, по сравнению с другим – глубоким и тёмным ожогом на предплечье. Она пробегает по нему кончиками пальцев, пытаясь вновь обрести точку опоры.
После нескольких проверок Рей готова выйти во внешний мир – что и делает неуверенными шагами.
***
На консоли в её комнате три закодированных сообщения. Рей смотрит на них, прислушиваясь к рёву крови в ушах и к смуте эмоций, поселившихся в её разуме. Она отбрасывает их с привычной экономичностью движений.
После она спит. Просто для того, чтобы не думать.
***
Тем же вечером Финн и По зовут Рей отметить её первое близкое знакомство со смертью («Традиция Синего Эскадрона!» – подмигивает По), но шум – последнее, чего ей хочется в этот момент. Потому она вежливо отказывается и отправляется искать Люка.
У Рей и её учителя много общего. Например, они оба ещё только привыкают к тому, что их окружают люди. Люк, как и она сама, живёт на окраине базы Сопротивления. Там безмятежно тихо, и девушке кажется, что ей необходима именно эта тишина.
Она ещё только поднимает руку, когда дверь отходит в сторону. Рей с удивлением видит мастера Люка, который пьёт пиво и смотрит старые голозаписи, закинув ноги на стол.
– Ты проснулась, – произносит он с улыбкой. Рей улыбается в ответ. Они знакомы уже чуть больше двух лет, и она знает: если мастер и улыбается, то только по-настоящему.
– Да, наконец-то, – отвечает девушка и, чуть прихрамывая, идёт к креслу рядом с креслом учителя и садится. У него их только два, и это печалит её, ведь она слышала рассказы старших членов Сопротивления и видела старые голо, где Люк в оранжевом лётном костюме смеётся в окружении друзей.
– Как ты себя чувствуешь?
Рей тоже кладёт ноги на стол, и болезненное напряжение в колене мгновенно отступает.
– Колено уже лучше. Чувствую себя немного странно.
– Странно, – эхом отзывается джедай, Силой поднимает в воздух бутылку пива и подаёт ей. Рей смотрит на него удивлёнными круглыми глазами, но он только пожимает плечами. – Оно помогает, когда смотришь это голо.
Девушка оборачивается и открывает пиво. На экране «Перекрёстки туманностей».
– Когда я летал с Повстанцами, наши миссии по восстановлению иногда длились по несколько месяцев, – Люк отхлёбывает из бутылки. – Хобби нравились старые сериалы, и он брал с собой записи. Вот эта так и осталась у меня.
Рей сосредотачивается на мелькающих картинках. Капитан Евфрат ударом ноги выбивает бластер штурмовика, рука которого выпустила оружие на секунду раньше. Она держит запотевшую прохладную бутылку, и капельки влаги на стекле помогают ей отвлечься от ощущения тяги, прочно обосновавшемся в разуме. Мастер рассказывает о новых персонажах, появляющихся на экране, и пересказывает сюжет. Евфрат спасает свою команду, взятую в плен на «Индевор».
