Текучим движением Аалто выпрямляется и встаёт. Внезапно он оказывается слишком близко. Девушка напрягается, когда рыцарь склоняется почти вплотную, и её лицо овевает тепло его дыхания.
– Благодаря тебе для меня многое переменилось, Рей, – произносит он, словно бы изумляясь.
Рей невольно отступает на шаг.
– Буду считать, что ты об улучшении самочувствия.
Аалто кивает.
– Я знаю, каким из фрагментов мозаики я стану. И я видел, что готовит тебе будущее.
– Неужели.
– Великие и ужасные вещи, – усмехается он. Уголок его губ дёргается совсем чуть-чуть.
Аалто берёт её руку и переворачивает ту ладонью вверх. Он прослеживает пальцами линии лёгкими, почти щекочущими движениями.
– Помни, Рей, я никогда не стану тем, кто причинит тебе боль.
Она настороженно смотрит, как рыцарь подносит её руку к губам, а затем целует ладонь, потом запястье и, наконец, отпускает.
– Мы совсем скоро увидимся, – обещает он, разворачивается и идёт прочь – в сторону «Сокола».
Рей глядит, как удаляется спина Аалто, сжимая руку, которую он поцеловал, в кулак.
***
Ещё одна миля, и Рей находит тропинку. Она узкая и неровная, почти скрытая зазубренными чёрными скалами. Если бы Рей не знала, где искать, она бы ни за что не сумела её заметить. Девушка вздыхает и принимается карабкаться по камням.
***
Через несколько часов солнце показывается из-за горизонта. Небо окрашивается в оттенки лишь на несколько тонов светлее песка, от которых слезятся глаза. Мышцы Рей ноют, руки по локоть в чёрной грязи, одежда покрыта слоем ржаво-красной пыли, но она продолжает шагать вперёд. Чем быстрее она найдёт то, что ей нужно найти, чем раньше встретится с тем, кто ждёт её на этом пути, тем скорее сможет вернуться на «Сокол» – домой к Люку.
Рей идёт ещё час, прежде чем решает остановиться на узком выступе и утолить жажду. Солнце висит в раскалённом мареве над головой, и она закутывается в старый шарф, прикрывая рот и плечи. Вой ветра эхом разносится меж скал, но отвесные каменные стены, высящиеся вокруг, защищают от самых жестоких порывов.
Рассеянно пиная край уступа ботинком, Рей вытирает губы и бросает взгляд на долину внизу. С высоты она кажется бескрайней. Девушка напрягает зрение, пока не отыскивает почти невидимую серую точку «Сокола». Она неуверенно тянется мыслями к Люку, надеясь дать ему знать, что с ней всё в порядке, потом зовёт Аалто, но они недостижимы. Похоже на Дантуин, думает Рей, с той лишь разницей, что на Морабанде Сила пропитана злом. Она напрягает руки, подтягивается, цепляется за уступ, чтобы вновь спуститься к тропинке, но в этот момент маленькие камушки у её ног начинают сползать по склону, и она невольно смотрит на них.
Под ногами что-то с грохотом сдвигается. Рей успевает выругаться, и уступ обваливается.
***
Она падает, протягивает руку, будто кто-то может поймать её. Рей кажется, что она чувствует призрачное прикосновение пальцев, прежде чем ударяется головой, и всё вокруг темнеет.
***
Шелест кожистых крыльев звучит ближе.
Рей, очнись!
Голова кружится. Закашлявшись, Рей с трудом садится. Мгновение ей кажется, что она ушиблась слишком сильно, но вот глаза привыкают – и одновременно приходит понимание, что она вновь находится в пещере. Если пещеры уже начинают раздражать Рей, то падение в них выводит из себя даже сильнее. Что-то встревоживает её джедайские инстинкты, и она хватает меч и жмёт на кнопку активации…
Серебряный свет выхватывает из темноты ряды и ряды острых, как бритва, зубов.
Девушка кричит и взмахивает мечом быстрым, судорожным движением.
Каменные своды оглашает визг боли, в нос ударяет вонь палёного мяса, и что-то падает ей на колени. Рей пятится назад, неловко загребая ногами. Ёжась, она подносит меч ближе к себе и видит отрубленную голову ширака. Маслянисто блестящие глаза зверя закатились, и кажется, что он смотрит на свою убийцу. Передёрнувшись от отвращения, Рей отпихивает голову и поднимается.
Пещера не похожа на дантуинскую: здесь нет кристаллов, которые бы освещали путь. Из тьмы выступают зазубренные сталактиты и сталагмиты, слышно, как неподалёку капает вода и шелестят кожистые крылья, однако шёпотов нет, как нет и Силы. Всё погружено в мертвенную тишину. В свете меча Рей видит останки тви’лека, человеческий скелет и кости до того старые, что уже непонятно, кому они принадлежали.
В ушах пульсирует кровь. Она смотрит вверх и словно в милях над головой видит маленький кружок света, глядит на него, потом на ненадёжный путь перед собой. Через несколько мгновений Рей успокаивает дыхание и переступает через обезглавленного ширака.
***
В пещерах невозможно отследить бег времени. Рей удаётся идти вперёд, избегая звука крыльев. Она не решается развести огонь и вместо него использует светящиеся цилиндры. Девушка кладёт их перед походной постелью, смешивает воду с комбикрахмалом, который не брала в рот, кажется, целые годы. Он такой же безвкусный, как ей помнится. Есть что-то умиротворяющее в том, чтобы сидеть с мягким ноздреватым хлебом в руках в непроглядной темноте без единой догадки, куда она идёт.
***
