На следующий день блуждания продолжаются. Около полудня Рей наталкивается на стаю бродячих хссисс. Она убивает их всех, но один успевает укусить – прямо в старый, неровный, выпуклый шрам на бедре.
***
Той ночью она лежит на постели и гадает, не пора ли ей повернуть назад.
***
На третий день Рей видит свет. Быть может, свет – слишком великодушное название, но чернильная тьма, наконец, чуть сереет. Её глаза, уставшие и слезящиеся от резкого серебряного свечения меча, замечают проход, и девушка шагает к нему.
Тесные стены туннеля вдруг раздаются, исчезают, уступая место пустоте. Рей останавливается прямо перед краем, шаркнув ботинками по камню и чуть не сорвавшись. Она ещё под землёй, но проход превратился в исполинскую пещеру, чей потолок возносится ввысь на мили. Дыры, прошивающие его, пропускают тусклые полосы света. Невольно улыбнувшись, Рей оглядывается и видит, что тот уровень, на котором она оказалась, переходит в узкий каменный мост над бездонной пропастью.
Мост. Руки вдруг становятся мокрыми и липкими, и она вытирает ладони о порванные, изношенные штаны. Это первое, что в морабандских пещерах излучает жизнь и стремление, – за исключением обитающих в туннелях тварей. И трупов.
На Морабанде нет шёпотов и наставлений, но Рей всё равно идёт вперёд.
На середине моста она замечает мальчика – светлую фигурку на фоне бескрайнего чёрного камня. Сжавшись в комочек, он обхватывает темноволосую голову руками и всхлипывает, уткнувшись в колени. Зная – и не зная – что это видение (должно быть им), Рей подходит и встаёт перед ним, затем опускается на колени и кладёт ладонь на вздрагивающую спину.
– Эй, – говорит она самым своим успокаивающим голосом. – Что случилось?
Мальчик хлюпает носом, не поднимая головы.
– Больно.
– Что болит?
Маленькие длинные пальцы смыкаются вокруг запястья девушки, и её глаза изумлённо распахиваются, когда с прикосновением приходит тихое ощущение связи.
– Заставь боль уйти, – просит он по-прежнему себе в колени. – Пожалуйста. Заставь её уйти, Рей.
– Откуда ты знаешь моё?..
Мальчик исчезает. На его месте нет ничего, кроме камня. Рей с дрожью выдыхает и встаёт.
Когда она поднимает глаза, то на другой стороне моста видит вход, которого, она уверена, там раньше не было. Провал пульсирует тёмной энергией, вокруг него клубится багровый едкий туман.
– Проклятые пещеры, – бормочет Рей, достаёт меч и делает шаг вперёд.
***
Переступив порог, она оказывается в джунглях. Рей думает, что это тот же лес, который она видела в потоке, и, заметив поодаль стайку детей, утверждается в своей догадке. Она приближается, пока не видит их во всех подробностях.
Детей пятеро. В одном Рей мгновенно узнаёт маленького Аалто. В светло-песочных одеждах он кажется болезненно бледным. Неподалёку от него хрупкая девочка, чьи волосы заплетены в мириады тугих косичек. Аалто улыбается, приметив её, и взмахивает рукой.
– Идём!
Рей взволнованно подходит ближе и разглядывает остальных. Рядом с Аалто и девочкой с заплетёнными волосами – другая девочка, покрытую татуировками, на несколько лет старше пары, забрак, только вошедший в подростковый возраст, и…
Темноволосый долговязый мальчик. Он младше остальных, но они смотрят на него с ожиданием во взглядах.
Рей моргает. Видение меняется, и на месте детей возникают другие фигуры. Высокие, взрослые, с головы до пят закутанные в тяжёлые тёмные одежды, пристально глядящие на неё из-за масок.
На месте мальчика стоит Кайло Рен.
Не говоря ни слова, Рей смотрит, как он протягивает ей руку…
И исчезает. Джунгли выцветают, блёкнут и истаивают.
Руки девушки дрожат, когда она убирает палец с кнопки активации. Повернувшись, она видит вместо выхода прочную скалу.
Ей не остаётся ничего иного, кроме как продолжать идти вперёд.
***
Следующая пещера оказывается комнатой. Нет, архивом. Рей оглядывается. Видение накладывается на её воспоминания об архиве на Дантуине: золочёные статуи, полки целые и ещё не подвергшиеся разорению. Это Анклав до своего падения.
В центре на коленях в позе для медитации сидит женщина. Когда Рей подходит, она открывает глаза и удовлетворённо улыбается.
– Я ждала тебя.
Дыхание Рей сбивается, когда она узнаёт голос, – он принадлежит той старой пустой комнате. Это шёпот с Дантуина.
– Кто ты?
Улыбка незнакомки увядает.
– Кто-то давно забытый.
– Почему ты здесь?
– Потому что истории имеют свойство повторяться, – женщина встаёт, складывает руки за спиной. – И твоя история, Рей, может повторить мою.
– Может.
Она кивает. Её глаза вспыхивают жёлтым, а потом вновь меняют цвет на обычный.
– Великие и ужасные вещи. Спасители. Завоеватели. Герои. Злодеи. Боль быть никем, боль одиночества.
– Я не одинока, – резко возражает Рей. – Больше нет.
Женщина склоняет голову.
– Как скажешь. Однако познать любовь значит познать потери, а ты пока не потеряла никого.
Хан, мгновенно думает Рей, но видение качает головой.
– Есть потери, который ранят, а есть потери, которые ломают. Они отличаются, и очень скоро ты узнаешь разницу.
Во рту мгновенно пересыхает. Перед внутренним взором Рей умирает зелёный луч, а красный готовится нанести удар…
