– Хочешь поговорить… говори на здоровье. Я имел в виду, что ты можешь обойтись без этого, если тебе трудно. – Мне вовсе не хотелось задевать его чувства, но разговор порой требовал от него таких усилий, что я просто хотел избавить его от необходимости напрягаться в попытке угодить мне.
Вигил кинул и изобразил нечто похожее на улыбку.
– Ты умеешь писать?
– Н-немнож-жко.
– Хорошо. Когда оторвешься от шкатулки, я дам тебе бумаги, и ты запишешь: все, что узнал сегодня о вишне. После этого я покажу тебе, как делать доски для разделки хлеба: это необходимый этап в обучении каждого подмастерья. Одна-две пригодятся Риссе, а остальные тебе, может быть, удастся продать за медяк или два. Обрезки дерева можно будет пустить на что-то еще: таким образом, тебе не придется тратиться на материал. А еще хотелось бы, чтобы в свободное время ты набросал эскиз вензеля «А».
Вигил поднял брови.
– Видишь заготовку: это будет письменный стол. В уголке потребуется поместить резную буковку «А», вензель заказчицы. Вырезать ты умеешь лучше, чем я, так что набросай эскиз, вырежи по нему вензель, а я прорежу пазы и прилажу твое изделие на место.
– Мое?
Я ухмыльнулся.
– Почему бы и нет? Резьба для тебя – дело знакомое, а поскольку деталь будет изготовляться отдельно, ты не рискуешь испортить стол. А как добиться, чтобы волокна ложились в нужном направлении, я тебе покажу.
– В-волк-на?
Мне пришлось рассказать о волокнистой структуре древесины и о том, как это учитывается и используется в столярном ремесле. Вигил знал о дереве на удивление мало – видимо, на лесопилке ему поручалась лишь рутинная работа, – но меня он, похоже, понимал.
По мере того как светлеет небо, герцог все пристальнее наблюдает за дальним склоном холма, но воздушный шар с рассветом не поднимается. Как не поднимается и дым от походных костров Фритауна. Лишь горстка сине-зеленых знамен обвисает на флагштоках. Создается впечатление, будто позиции, откуда еще вчера вели свой смертоносный огонь пушки, полностью обезлюдели.
– Командира разведки ко мне! – приказывает Берфир, направляя коня на гребень, откуда открывается лучший обзор.
– Жду повелений, господин, – говорит, подъехав к нему, плотный офицер.
– Похоже, силы Колариса оставили свои позиции.
– С чего бы это?
Берфир хмуро пожимает плечами.
– Почем мне знать? Пушки исчезли, но они, похоже, бросили даже припасы. А если это так…
– Понимаю, господин.
– Мы еще можем добраться до Фритауна.
– Если у них не будет этих проклятых дальнобойных пушек.
– Или если мы не сможем догнать их и напасть на них на марше.
– Так точно. Если пушки направлены в другую сторону, я ничего против них не имею.
Берфир смеется, но смотрит на покинутые позиции противника и хмурится.
– Почему?
Командир разведчиков ждет.
– Отправляйся туда, проверь, все ли чисто. Потом посмотрим… посмотрим…
Пальцы его теребят седеющую бородку, после чего касаются висящего на поясе трофейного пистолета.
После того как Кристал, все еще стараясь не потревожить рану, уехала в Кифриен, я, задав корму Гэрлоку и кобыле, явился на кухню.
– Мастер Леррис, как я могу все кругом помыть и почистить, если…
– Рисса, – прервал я ее, переступив порог. – Ты знаешь, где живет Миррин, медных дел мастер? Или другой, Борло?
– Миррин? Та чудная женщина из Южного Оплота, которая работает с медью?
Рисса откинула со влажного лба черные волосы и поставила веник в уголок.
– Она самая. Мне нужны петли для сундука.
Решение вопроса с петлями я откладывал, сколько мог, потому что очень не любил хоть в чем-то зависеть от других ремесленников. Но больше тянуть было нельзя: это ставило под угрозу выполнение заказа в срок.
– Вообще-то, Борло у нас знают лучше: он здешний и мастерскую свою, она на Ремесленной улице, близ рыночной площади, унаследовал от отца. Вот уж кто был всем медникам медник, так это старый Нелтар! А какие чайники он делал… Гайси, она, помнится, приглядывала за хозяйством Мортена, показывала мне чайник его работы. Вообще у Мортена – живут же люди! – было аж три чайника, но тот и вовсе диковинный. Когда закипал, он высвистывал мелодию. – Рисса улыбнулась и покачала головой. – Сколько с той поры воды утекло, но такого я больше не слышала. И с виду был не чайник, а загляденье…
– А что слышно насчет Миррин? – спросил я, подняв руку. – У меня сложилось впечатление, что если люди расхваливают мастерство отца, значит, сын уступает ему в умении.
– А, эта? Она одевается на солдатский манер. Может, и служила раньше в солдатах, хватка у нее еще та. Фастона как-то раз из своей мастерской взашей выставила…
Одного этого было достаточно, чтобы отнестись к Миррин с симпатией. С Фастоном я встречался и мнения о нем остался не лучшего.
– …а еще толкуют, что Лисса, которая наследница, заказывает у этой Миррин…
– И где эту Миррин можно найти?
– Вечно ты, мастер Леррис, от добра добра ищешь. Борло – славный малый, такой любезный…
– Мне нужен не любезный, а умелый.
Рисса вздохнула и развела руками.
Я ждал.
