– Окружу Валдейна и лошадь щитами, а сам, ведя лошадку под уздцы, пойду прямо по дороге. С таким видом, будто веду невидимую лошадь. На самом деле так оно и будет, но караульные, надеюсь, решат, что я спятил. Спросят, кто да что, отвечу: веду коня в Кифрос, на продажу. Солдаты чокнутых не боятся, глядишь, и подпустят меня поближе. Ну а уж тогда мы перекроем им путь к бегству, а ты пошлешь нам на помощь самых быстрых всадников. Главное, чтобы они не смогли предупредить чародея.
– Право же, не знаю…
– Елена, у них у всех кони, и раз они посланы в дозор, то кони наверняка быстрые. Ты хочешь, чтобы они подняли тревогу и нам навстречу выслали целое войско? Что нам тогда останется?
– Одно, – фыркнула Джилла. – Драпать, словно за нами гонятся демоны света.
Елена насупилась.
– Ладно, – сказал я Валдейну. – К делу. Имей в виду, будучи невидимым, ты и сам ничего видеть не сможешь. Это только на время, так что не пугайся. Самому мне придется остаться видимым, чтобы вести твою лошадь.
Я сосредоточился. Мой приятель и его конь исчезли. Многие из солдат ахнули.
– …колдун, вот ведь сукин сын…
– …потише, бестолочь! Хочешь, чтобы он и тебя?
– Валдейн, пока ничего не видишь, ничего и не предпринимай. Но меч из ножен достань и будь наготове.
– Как я могу что-то предпринять, когда ни хрена не вижу? – послышался из ниоткуда несколько растерянный голос.
– Это ненадолго. – Сглотнув, я нашел на ощупь его поводья и потянул лошадь за собой. – Поехали.
Мы двинулись вперед. Елена подозвала Наилучших, давая им наказ подъехать как можно ближе к повороту, но ни в коем случае не попасться на глаза часовым.
– Валдейн, ты как?
– Сам не пойму.
Конь Валдейна заржал, но пока мы находились вне поля зрения часовых, это не имело значения: заржать мог и Гэрлок.
Выйдя из-за угла, я присвистнул, словно не ожидал увидеть пост. По-моему, вышло у меня это не слишком естественно.
– Куда тебя несет, паренек? – спросил худощавый боец с бородкой клинышком и маленькими бегающими глазенками. – И как ты миновал патруль у Арастии?
– У меня невидимая лошадь, – горделиво ответил я. – Мне посчастливилось выиграть ее в Санте, на рынке. Хочу отвести ее в Кифрос и продать.
– Невидимую лошадь? Ну, ты даешь, малый! Знаешь, забирай-ка ты свою… хм… лошадь и чеши назад, в Санту.
Он положил руку на рукоять сабли…
– Да мне не Санту надо, а в Кифрос, – заныл я, прикидываясь дурачком и стараясь подобраться к патрульным как можно ближе.
– Сказано тебе, бестолочь, дорога закрыта! Поворачивай!
– Но ведь это дорога на Кифрос, разве не так? – не останавливаясь канючил я. – А мне как раз туда и надобно. Добрые люди в Санте сказали, что кифриенцы дают за невидимых лошадей хорошую цену!
– А ну поворачивай!
Солдат обнажил клинок.
– А как же Кифрос? Где я еще продам свою лошадь?
Двое других караульных покатывались со смеху.
– Нигде, идиот!
Всадник направил коня ко мне, а я, словно оробев, побудил Гэрлока податься поближе к его товарищам. А оказавшись рядом, выхватил посох.
Первый мой удар, совершенно неожиданный для двоих зевак, пришелся в грудь сидевшей на коне женщине-бойцу. Она шмякнулась, точно куль с мукой. Я отпустил щиты, но первый всадник, похоже, даже не заметил появления из ниоткуда верхового воина. Взбешенный моим внезапным нападением на его спутницу, он с ревом взметнул клинок. Мне удалось подставить под удар посох, однако это стоило щербины на дереве и боли в руках. Этот малый рубанул от души. Гэрлок, обойдясь без указаний, отступил на шаг.
Солдат размахнулся снова, но на сей раз я не отбил клинок, а скользящим движением отвел его в сторону. Следовало поберечь посох, да и мои руки тоже.
– Доберусь… все равно достану… не уйдешь!
В последний удар мой противник вложил столько ярости и силы, что потерял равновесие, а когда замахивался снова, встречный удар поразил его в голову. Металл звякнул о металл, – железное навершие посоха столкнулось со шлемом, – и вояка обмяк в седле. Сабля выпала из ослабевшей руки, а на меня, чуть ли не с той же силой, что и недавние удары, обрушилась волна хаоса. Я понял что он мертв.
Меня это, признаться, удивило. Насколько же силен был удар?
Валдейн оказался рядом как раз вовремя, чтобы не дать пешему бойцу вскочить в седло. Он посмотрел на меня, потом на клинок Валдейна, потом снова на меня и отказался от своего намерения.
Выбитая мною из седла женщина, придерживая руку, с трудом поднялась на колени.
– Ты в порядке? – спросил я, ощутив ее боль. Придумать вопрос глупее было бы трудно.
– Ублюдок… Давай, убей меня! Давай!.. Чертова невидимая лошадь…
Мне казалось, она ударится в слезы, но этого не произошло. Конь ее отбежал к обочине и остановился у реки.
Под растерянными взглядами караульных из-за поворота вылетели кифриенские бойцы.
– Дерьмо! Ну, мы и влипли, Маррос… – пробормотала женщина, обращаясь к единственному хидленцу, оставшемуся невредимым.
– Белый маг им задаст…
– Ага, задаст… ты, что ли, доложишь ему об этом?
Елена оглядела место схватки и покачала головой.
– Похоже, вы прекрасно обошлись без подмоги.
