Джепп вошел первым, за ним Пуаро и я. Дверь открывалась влево, поэтому дворецкий стоял у стены с той же стороны. Пуаро был справа от меня, и, поскольку он ниже, чем я, дворецкий увидел его, только когда мы вошли в холл. Я в тот момент оказался рядом с дворецким и увидел, что он испуганно вздрогнул и посмотрел на Пуаро с плохо скрытым ужасом. Я мысленно отметил про себя этот факт.
Джепп проследовал в столовую, находившуюся справа, и позвал туда дворецкого.
— Вот что, Элтон, — сказал он, — я прошу вас снова рассказать, что вам известно. Та дама пришла в десять часов вечера?
— Леди Эджвер? Да, сэр.
— Как вы ее узнали? — спросил Пуаро.
— Она сказала мне свое имя, сэр, а кроме того, я видел ее фотографии в газетах. В кино я ее тоже видел.
Пуаро кивнул.
— Как она была одета?
— Она была в черном, сэр. Уличное черное платье, маленькая черная шляпка. Жемчужное ожерелье и серые перчатки.
Пуаро вопросительно посмотрел на Джеппа.
— Вечернее платье из белой тафты и горностаевая накидка, — коротко сообщил тот.
Дворецкий продолжил рассказ, который полностью совпал с тем, что нам уже было известно от Джеппа.
— Кто-нибудь еще приходил вчера вечером к вашему хозяину? — спросил Пуаро.
— Нет, сэр.
— Какой в двери замок?
— Автоматический, сэр. Перед тем как лечь спать, я обычно запираю дверь еще и на засов. Обычно я делаю это в одиннадцать, но вчера мисс Алела была в Опере, поэтому я засова не трогал.
— Как была заперта дверь сегодня утром?
— На засов, сэр. Мисс Адела заперла ее, вернувшись из театра.
— Когда она пришла? Вы знаете?
— Примерно без четверти двенадцать, сэр.
— Следовательно, примерно до двенадцати часов снаружи дверь можно было открыть только с помощью ключа, а изнутри — простым поворотом ручки?
— Да, сэр.
— Сколько в доме ключей?
— Один — у лорда Эджвера, второй — из шкафа в холле мисс Адела взяла вчера с собой. Я не знаю, есть ли другие ключи.
— Значит, больше их ни у кого нет?
— Нет, сэр. Мисс Кэррол всегда звонит. Пуаро сказал, что он узнал все, что хотел, и мы отправились к секретарше. Она сидела у письменного стола и что-то сосредоточенно писала.
Мисс Кэррол оказалась миловидной, энергичной женщиной лет сорока пяти. В ее светлых волосах мелькала седина. Сквозь пенсне на нас смотрели проницательные голубые глаза. Когда она заговорила, я узнал внятный, громкий голос, звучавший накануне в телефонной трубке.
— А, мосье Пуаро, — сказала она, когда Джепп представил нас друг другу. — Так это с вами лорд Эджвер попросил меня связаться вчера утром.
— Совершенно верно, мадемуазель. Мне показалось, что Пуаро смотрит на нее с удовольствием. Еще бы: она была воплощением аккуратности.
— Итак, инспектор Джепп? — спросила мисс Кэррол. — Чем еще я могу быть вам полезна?
— Скажите, вы абсолютно уверены, что вчера вечером сюда приходила леди Эджвер?
— Вы спрашиваете меня об этом уже в третий раз. Разумеется, я уверена. Я ее видела.
— Где вы видели ее, мадемуазель?
— В холле. Она сказала несколько слов дворецкому и затем прошла по холлу в библиотеку.
— Где вы находились в это время?
— Наверху. И смотрела вниз.
— Вы убеждены, что это была она?
— Да. Я хорошо видела ее лицо.
— Может быть, эта дама была просто похожа на жену лорда Эджвера?
— Ну что вы, такое лицо, как у Сильвии Уилкинсон, в мире одно.
— У лорда Эджвера были враги? — неожиданно спросил Пуаро.
— Чепуха! — ответила мисс Кэррол.
— Что значит чепуха, мадемуазель?
— То, что в наше время у людей врагов не бывает. По крайней мере, у англичан.
— Однако лорда Эджвера убили.
— Это сделала его жена, — сказала мисс Кэррол.
— Значит, жена не враг?
— Эта история — из ряда вон. Я никогда не слышала, чтобы случалось что-нибудь подобное, во всяком случае в нашем кругу.
Очевидно, по мнению мисс Кэррол, убийства совершаются исключительно пьяными представителями низших слоев.
— Сколько в доме ключей от входной двери?
— Два, — не задумываясь ответила мисс Кэррол. — Один всегда находился у лорда Эджвера, другой — в шкафу в холле, им пользуются те, кто возвращаются домой поздно. Был еще третий, но его потерял капитан Марш. Вопиющее легкомыслие!
— Капитан Марш часто бывает в доме?
— Последние три года он живет отдельно, но прежде жил здесь.
— Почему он уехал отсюда? — спросил Джепп.
— Не знаю. Наверное, не ужился с дядей.
— Мне кажется, вам известно больше, мадемуазель, — мягко сказал Пуаро.
Она бросила на него быстрый взгляд.
— Я не из тех, кто любит сплетничать, мосье Пуаро.
— Но вы наверняка знаете, насколько правдивы слухи о том, что между лордом Эджвером и его племянником существовали серьезные разногласия.
— Они вовсе не были серьезными. Просто с лордом Эджвером было нелегко ладить.
— Даже вы так считали?
— Я говорю не о себе. У меня никогда не было конфликтов с лордом Эджвером. Он мне полностью доверял.
— А капитану Маршу?.. — Пуаро мягко, но настойчиво подталкивал ее к дальнейшим откровениям. Мисс Кэррол пожала плечами.
— Он был слишком расточительным. У него появились долги. Потом с ним произошла еще какая-то неприятная история — не знаю толком, какая именно. Они поссорились. Лорд Эджвер отказал ему от дома. Вот и все.
