В то же время снова возникал известный феномен политической жизни в КПК-КИР. Руководство практическими делами доверили или «свалили» на Ху Яобана. На его долю досталось разгребание горы трудностей, которые оставила эпоха Мао Цзэдуна. Чэнь Юнь и Дэн Сяопин, каждый по-своему, оставались от этого в стороне и лишь по мере необходимости вмешивались в этот процесс. Над Ху Яобаном и другими членами руководства партии постоянно висел дамоклов меч в виде «незримых» «двух старцев», ибо их решение могло перечеркнуть и политическую деятельность, и судьбы официальных членов руководства партией.
Наконец особенностью политического театра того времени была ситуация, напоминавшая описанное в «Театральном романе» М. Булгакова. Существовал механизм руководства партией, во главе которого были «два старца», которые никогда не общались между собой, что затрудняло практическую работу и создавало обстановку неустойчивости. При этом каждый из «старцев» имел в руководстве партии свою креатуру.
Ху Яобан не был креатурой ни Чэнь Юня, ни Дэн Сяопина. Он был вынужденно приемлем на некоторое время и для Чэнь Юня, и для Дэн Сяопина. С ним пришлось мириться, потому что он отражал настроения большинства членов партии и большинства населения страны, когда речь шла об отношении к последствиям правления Мао Цзэдуна и в первый период после окончания эпохи Мао Цзэдуна.
Можно посмотреть на то, что происходило, и с другой стороны, приняв во внимание, что сами Чэнь Юнь и Дэн Сяопин были настолько связаны с эпохой Мао Цзэдуна, что не могли лично выйти на авансцену, ибо, вполне вероятно, быстро допустили бы ошибки в практической работе, вызвав возмущение большинства в партии и в стране своими шагами и проявлением своего «политического нутра». — Ю.Г.]
Мне запомнились два случая применительно к тому, как решались кадровые вопросы. Однажды, когда обсуждались соответствующие вопросы, выступал Ху Цяому. Резким тоном и с суровым видом он грозно вещал: Чжоу Ян, Ся Янь, Ба Цзинь — это троица главарей того, что именуется либерализацией. (Мне доводилось слышать, что Ван Чжэнь, выступая в партийной школе ЦК партии, поносил «этого, как его там, и фамилия у него какая-то чудная, какой-то Ба…».) Тогда никто не возразил, и это предложение как будто бы прошло. Однако Ху Яобан смог защитить Ба Цзиня; правда, ему не удалось защитить Чжоу Яна.
[В начале 1980-х гг. параллельно и одновременно развивались два процесса.
С одной стороны, реабилитация пострадавших во время «культурной революции», возвращение людям, погибшим и выжившим, их доброго имени или их репутации.
