Он был вежлив и все же чересчур официален — скрыть это было нелегко. Вообще от манеры детектива исполнять свои обязанности у меня остались неприятные воспоминания. Джонс склонял меня к тесному сотрудничеству, но сам был неприступен, стоило мне хоть как-то коснуться дел полиции.
Конечно, совпадением тут и не пахнет — не мог он явиться ко мне просто так, спустя сутки после того как рядом со мной произошла еще одна неожиданная смерть.
— Что привело вас в Лондон, инспектор? — спросила я.
— Насколько я знаю, прошлой ночью вы были на месте преступления.
По крайней мере, обвинить инспектора Джонса в том, что он выражается недостаточно ясно, нельзя…
Одно слово особенно привлекло мое внимание.
— Преступление, — повторила я, изобразив удивление. — В газетах пишут о самоубийстве.
Джонс посмотрел на меня, отлично сознавая, что я лукавлю.
— Так мы прессе и велели.
Я нахмурилась, услышав это.
— «Мы»? Разве вы… Прошу прощения, но мне казалось, вы работаете в Южном Сассексе.
— Месяц назад меня перевели в Скотленд-Ярд, — ответил он.
— Ясно.
Больше он ничего объяснять не стал. Я же не знала, радоваться мне этой новости или печалиться. С инспектором Джонсом мы расстались на хорошей ноте, но я подозревала, что, узнав о моем появлении на очередном месте преступления, он принял это без восторга. Но что поделать? Разве я виновата в том, что люди позволяют убить себя именно в тот момент, когда я нахожусь неподалеку?
— Мне дали понять… — начала я, — то есть инспектор Харрис…
— …был так добр, что передал это дело мне, — мягко закончил Джонс. — Видите ли, он не из уголовного розыска. И когда стало понятно, что это убийство, дело перешло к нам.
— Ясно, — снова повторила я, хотя и не была уверена, что хоть что-нибудь поняла. Инспектор Джонс — очень хороший полицейский, и непременно докажет это на службе в столичной полиции. Пусть так, но причем тут я? Как объяснить его визит?
— Меня же чрезвычайно заинтересовало то, что во время убийства вы были рядом.
— По несчастливой случайности, — признала я осторожно.
— Или счастливой — тут с какой стороны посмотреть.
Я ждала, когда он продолжит. Если я что и знала об инспекторе Джонсе наверняка, так это одно: он не скажет ровным счетом ничего, пока сам не решит, что пришло время говорить. Эта его черта буквально сводила с ума.
— Когда я увидел ваше имя в списке гостей, то сам попросил назначить меня на это дело. Миссис Эймс, должно быть, вы удивитесь, услышав это, но я пришел просить вас о помощи.
Брови мои поднялись вверх.
— В самом деле? Вы правы, инспектор, я очень удивлена.
— Пока мы не заявляли о том, что имело место убийство, и все же это лишь вопрос времени. Дознание будет длиться еще пару дней, не больше. И как только оно официально окончится, его результат нельзя будет держать в тайне. По правде говоря, кое-какие слухи ходят и без этого. Инспектор Харрис слишком воодушевился, догадавшись, что сапфиры извлечены из пропавшего браслета, и задержал всех, кто находился на этаже, когда прозвучал выстрел, чтобы обыскать на предмет оставшихся камней.
— Видимо, это было уже после того, как мы ушли, — сказала я, вспомнив о сапфире в моей подошве, но решила придержать эту карту, пока не узнаю, за чем же инспектор Джонс пришел.
— Вы и без меня понимаете, какую тревогу это вызвало. К тому же почти все присутствующие подозреваются в нечестной игре, и я не сомневаюсь, что новость об этом разнесут как пожар.
— Но что же, в конце концов, должна сделать я? — Я все еще держалась настороженно и чувствовала себя так, словно хожу по тонкому льду.
Он посмотрел мне в глаза.
— Для начала мне нужно узнать, что известно лично вам.
— А с чего вы решили, что мне что-то известно?
Тут инспектор едва заметно улыбнулся:
— Не скромничайте, миссис Эймс. По моим источникам, вы были вовлечены в расследование еще до того, как произошло убийство.
Вот, значит, как. С этого-то ему и надо было начать.
— Вы говорили с тетей мистера Харкера, миссис Баррингтон, не так ли?
— Да, незадолго до визита сюда. Миссис Баррингтон многое рассказала. Во-первых, она настаивает на том, что это убийство. Во-вторых, она завербовала вас для помощи в поимке вора и уверена, что кражи связаны с убийством.
— Что ж, тогда начну с самого начала, — сказала я.
— Чаще всего это лучший вариант.
Я рассказала ему о просьбе миссис Баррингтон на устроенном ею ужине и последующих событиях на балу, включая ее план по поимке вора.
— Она хотела устроить ловушку на балу лорда Данмора, — задумчиво произнес он. Затем, поколебавшись, спросил: — Это ваша идея, миссис Эймс?
— Конечно, нет! — воскликнула я в ярости. — Все это было абсолютно необдуманно.
Джонс посмотрел на меня скептически.
— Миссис Баррингтон заснула в библиотеке, — продолжила я. — После того как я оставила ее одну, прошло не так много времени, и украсть браслет должны были именно в этот короткий промежуток.
— Как и, видимо, убить мистера Харкера.
Если только мистер Харкер сам не взял браслет и не покончил с собой вскоре после этого.
— Значит, вы уверены, что это не самоубийство? — уточнила я.
