У Джонса был непростой характер, но я поняла, как меняется сама его манера, когда он собирается рассказать что-то важное. Вот и сейчас инспектор собирался что-то мне сообщить — если не задумал чего похуже.
Увы, моя последняя догадка оказалась верной, когда спустя мгновение я сзади услышала знакомый голос:
— Прекрасное воссоединение, не так ли?
Я обернулась и увидела, как к нашему столику подходит Майло. Затем посмотрела на инспектора, который с виду был сама любезность. И тогда поняла, почему он выбрал именно это — нейтральное — место. Без сомнения, Джонс следил за тем, как рушится мой брак, и понимал, что если и Майло будет приглашен на встречу, я от нее откажусь. Я должна была бы злиться на него, ведь он не сообщил, что мой муж тоже приглашен на чай. И пока он не скажет то, что хотел, я буду воспринимать этот хитроумный ход с отрешенным недовольством.
Я посмотрела на Майло, но он не ответил мне тем же.
— Инспектор Джонс, приятно видеть вас снова, — сказал он в качестве приветствия. Очень вежливо с его стороны, учитывая, что при их последней встрече инспектор Джонс подозревал его в убийстве.
— Спасибо, что пришли, мистер Эймс. Как ваши дела?
Майло сел рядом со мной, но все еще обращал внимание только на инспектора.
— У меня все замечательно, спасибо. Полагаю, вам подходит столичный воздух?
— Уже привык после жизни у моря, — ответил инспектор Джонс. — Впрочем, я очень доволен. Мы уже успели здесь обустроиться.
— «Мы»? Вы женаты? — спросила я, внезапно осознав, как мало знаю о его жизни. Глупо было так думать, конечно, но мне казалось, что кроме работы в полиции жизни у него никакой нет…
— Да. Миссис Джонс без ума от Лондона.
— А дети?
— Две дочери.
Джонс отвечал охотно, хотя и весьма отрывисто. Наверное, это просто не в его характере — давать какую-то дополнительную информацию, когда ее не спрашивают.
Подошла официантка, и мы сделали заказ.
— Я слышал, что завтра лорд Данмор устраивает еще один бал, — сказал инспектор Джонс, как только она ушла.
— Да, — подтвердила я настороженно. Теперь, когда я рассчитывала на этот бал, мне не хотелось услышать от инспектора, что полиция решила на время запретить устраивать вечера в особняке Данморов. Это бы все испортило. — А есть причины, по которым этого не следовало бы делать?
— Кроме того, что это просто неуместно? — отозвался Джонс сухо.
— Да, пожалуй, — признала я. — Это в очень дурном вкусе, но вы же понимаете, что на лорда Данмора общественное мнение впечатления не производит. — Произнося это, я не осмелилась смотреть на Майло.
— Нет, ни малейшего, — согласился инспектор.
— Если он решил устроить еще один бал, то лично я ничего дурного в этом не вижу. — Я запротестовала уж слишком активно, но ничего не могла с собой поделать.
Джонс смотрел на меня гораздо дольше обычного, и мне стало не по себе. Рядом с ним мне всегда казалось, что эти спокойные глаза могут просверлить мою голову и прочитать все мысли, которые мне хотелось бы держать в тайне. Конечно, для полицейского производить такое впечатление очень полезно, но когда я становилась «жертвой», то всегда чувствовала себя не в своей тарелке.
— Вы будете присутствовать?
— О, это будет одно из самых главных событий сезона, — отозвалась я уклончиво.
— А вы, мистер Эймс? — спросил он, взглянув на Майло.
Его, как и всегда, допрос инспектора Джонса из колеи не выбил.
— Думаю, Эймори потянет меня с собой, — ответил он безлико. — Не жалую балы, но нужно делать, как жена говорит.
— Это распространенный мотив, — любезно согласился инспектор Джонс, прежде чем снова посмотрел на меня: — Полагаю, у вас есть какой-то план по поимке убийцы?
Я быстро взглянула на Майло и заметила, как его губы дрогнули в издевательской усмешке. А затем повернулась к инспектору и произнесла максимально невинно:
— Почему вы так решили? Инспектор Джонс, не понимаю, к чему этот вопрос.
Но его так просто не одурачишь. Видимо, несмотря на мой умеренный успех в отношении мистера Гиббса, сцена по мне не плачет.
— Почему бы вам не раскрыть все карты? Согласитесь, если мы соберем наши силы вместе, получится куда эффективнее.
Я все равно собиралась ему рассказать — с одобрения и под присмотром полиции будет лучше с любой стороны. Раздражало, правда, что он так легко прочитал то, что у меня на уме.
— Так и быть, — уступила я. — С полицейским под рукой будет полегче.
— Очень рад, что вы так считаете. — Это определенно был сарказм, но я не стала обращать внимания.
— Я подумала, что лучший способ поймать вора — это искусить его еще одной драгоценностью, — сообщила я.
— Думаете, это будет просто? — Джонс не насмехался, и уже за это я была благодарна.
— Не знаю, — созналась я. — Но мы должны попробовать! Лорд Данмор согласился предоставить вещь, ради которой вор должен пойти на риск. Я говорю про Бриллиант Данморов.
Брови инспектора взлетели вверх.
— Я не слышал об этом камне, но звучит впечатляюще.
— Как я понимаю, в семье Данморов он переходит из поколения в поколение.
