Подошла официантка с чайными принадлежностями: чайником с черной заваркой, от которого шел пар, многоярусным блюдом с маленькими сандвичами, пышками, печеньем и песочным бисквитом. Я была не особенно голодна, но взяла бисквит и принялась несмело его покусывать.
— А как именно вор поймет, что его возможно выкрасть? — поинтересовался инспектор Джонс после того, как чай разлили по чашкам. Я была довольна, что он не воспротивился сразу же моему плану и готов его рассмотреть.
— Я… Я его надену. — И снова я не смогла посмотреть на Майло, и вместо этого уставилась на чашку с блюдцем.
— Действительно? — спросил инспектор Джонс.
— А в какой-то момент я оставлю его якобы без присмотра в комнате наверху. Может, в комнате, где джентльмены играли в карты. Она знакома всем подозреваемым: за предыдущий вечер каждый из них побывал там по меньшей мере один раз. Нам остается только подождать в комнате напротив, пока вор себя не раскроет.
— Миссис Эймс, план симпатичный, но вы совсем не думаете о сопутствующей опасности. Вот вы собираетесь надеть Бриллиант. Но если вор однажды совершил убийство, что остановит его на этот раз?
До этой минуты я не задумывалась о том, что лично мне грозит опасность. Я собиралась оставить камень в комнате и просто дать вору время, чтобы попробовать его украсть. Но мне не приходило в голову, что он может попытаться стащить его прямо с моей шеи! Конечно, очень глупо с моей стороны… Но тем не менее я собиралась придерживаться плана.
— Игра стоит свеч, — заявила я твердо.
Инспектор Джонс перевел взгляд на Майло.
— Вы с этим согласны, мистер Эймс?
Майло зажег сигарету и махнул рукой.
— Инспектор, мы оба прекрасно знаем: раз уж ей пришла в голову эта идея, отговорить ее не удастся.
На лице инспектора появилась едва заметная улыбка:
— Да, я начинаю это понимать.
— Правда, может возникнуть одна проблема, — сказала я.
— Только одна? — уточнил инспектор Джонс глумливо.
— Что, если не все подозреваемые явятся на бал? Смерть может оказаться вполне убедительной причиной для того, чтобы невиновные остались дома. А виновные могут счесть, что берут на себя слишком большой риск.
— Предоставьте это мне, миссис Эймс. Думаю, мне можно довериться в том, чтобы устранить эту маленькую помеху. А в противоположной комнате я оставлю полицейского — он будет за всем приглядывать. — С этими словами Джонс поднялся на ноги и положил на стол несколько купюр. — Спасибо, что уделили мне время. Оставлю вас наедине — наслаждайтесь чаепитием.
— И еще кое-что, инспектор, — быстро проговорила я.
— Слушаю.
— Кто унаследует деньги мистера Харкера?
Похоже, его удивил мой вопрос, но он не стал задавать встречный:
— В Америке у него есть брат.
Значит, Баррингтонам от его смерти не было никакой выгоды.
— Просто любопытно… Спасибо за чай, инспектор. До завтра.
Однако, прежде чем уйти, Джонс постоял на месте и повернулся к Майло:
— Должен спросить у вас, мистер Эймс: той ночью вам удалось узнать что-нибудь важное? Инспектор Харрис упомянул о том, что видел, как вы говорили о происшествии с несколькими людьми.
А вот это новость. Я полагала, что после выстрела Майло отправился к Элен Рено. Почему он не рассказал мне, что опросил подозреваемых? Казалось, что его интересовали обстоятельства смерти мистера Харкера, но, похоже, дело не совсем в этом.
Если вопрос инспектора и застал Майло врасплох, он совершенно не подал виду:
— Я поспрашивал немного, — признал он, — но никто ничего не знал.
— Ясно, — сказал инспектор Джонс. — Что ж, пожалуй, на этом все. Увидимся на балу.
Я смотрела ему вслед. Он так и не объяснил, зачем позвал на чай нас обоих. Может быть, просто хотел нас помирить? Если бы это не входило в противоречие с его характером, я бы заподозрила в нем романтическую жилку. Так или иначе, мы оба знали, что для примирения пары плюшек с бисквитами недостаточно.
Я повернулась к мужу.
— Почему ты не сказал мне, что задавал кому-то вопросы в тот вечер?
— Да нечего было рассказывать.
Я приняла этот ответ — на Майло лучше не давить. Интересно, не ради меня ли он спрашивал людей? Возможно, он даже подозревал, что это убийство, и старался меня уберечь. Комфортная мысль: приятно, что он обо мне заботился, но имеет ли это значение сейчас?..
— Что ты думаешь об инспекторе Джонсе? — спросила я в надежде подтвердить собственные мысли. — Никак не пойму, что он за человек.
Майло безразлично посмотрел на горящий кончик сигареты.
— Я немного удивлен, что он позволил тебе участвовать в таком безрассудном плане.
— План очень хороший, — возразила я. — Наверное, инспектор сознает, что это самый простой способ спровоцировать убийцу, и чувствует, что я действительно могу помочь.
— Ты правда веришь, что все пойдет как по маслу? Значит, лорд Данмор устраивает очередной бал, ты наденешь ожерелье и убийца сам собой поймается?
— Всегда есть надежда, — произнесла я неуверенно. — Ты пойдешь со мной на бал?
Он удивленно поднял брови:
— А мы снова на короткой ноге? Ты можешь передумать, по щелчку пальцев, дорогая. Я едва за тобой успеваю.
— Майло, — сказала я спокойно, — я не хочу с тобой ссориться.
— А я тем более.
