Она показала серию фокусов, один экстравагантнее другого. Например, сунула руку за шиворот смущенного, но радостного мужчины в первом ряду и вытащила связку цветных платков, которая заканчивалась таким же цветным шелковым бельем.
— Большинство мужчин предпочитают банальный белый, но они просто трусят, — сказала она, садясь ему на колени. — Мои аплодисменты, сэр!
За этой наигранной дурашливостью скрывалась ловкость рук. Интересно, чему из этого она научилась у Мистерио. Он славился тем, что оберегал свои секреты и редко давал помощникам возможность понаблюдать за техникой.
За ней выступал Эдди с измененной версией своего номера — забивания гвоздей в нос. Он заставил публику поохать, поднимая десятифунтовую гирю разными частями тела, в том числе и самыми чувствительными.
После этого вернулась Фрида. Она переоделась в ярко-синее трико. Ее сопровождала Карлотта, Повелительница кошек.
Карлотта втиснулась в леопардовый купальник, демонстрирующий фигуру, которой она обзавелась в борьбе с огромными тиграми. Ее кошечки в номере не участвовали, но она принесла хлыст. Каждый раз, когда она щелкала хлыстом, Фрида изгибалась в очередную немыслимую позу.
Карлотта сделала вид, что недовольна выступлением Фриды, взяла ее на руки и начала крутить, вертеть и оборачивать вокруг себя, будто та совсем ничего не весила. Все это время скрипач наигрывал джазовую мелодию. Одним глазом я следила за ними, а другим — за публикой, гадая, хорошо ли принимают этот номер, в особенности здесь, в сельской Виргинии. Карлотта была из Южной Америки, кажется из Бразилии, но любой, кто этого не знал, принял бы ее за негритянку.
В ее ударах хлыстом в сторону голубоглазой блондинки Фриды был очень специфический подтекст. Но публика либо не заметила этого, либо ей было плевать, потому что номер закончился овациями, а не погромом.
Когда эта пара уходила с арены, Фрида задержалась у моего кресла.
— Ты хотела поболтать?
— Это ты обчистила трейлер Руби?
Она отвела взгляд.
— Да ладно тебе, — напирала я. — Если мы с моим боссом будем вызволять Вэла, мы должны знать.
Я видела, что она задумалась.
— Фрида, это же я. Я не собираюсь ворошить грязное белье без необходимости.
Как раз в эту минуту на арену вернулся Поли, а за ним — Электрическая Люси, и Фрида воспользовалась аплодисментами, чтобы улизнуть.
Я задумалась о том, что буду делать, если она не станет со мной говорить. Могу пойти к Большому Бобу и попросить, чтобы он забрал у нее вещи. Но я совсем не хотела этого делать. Во-первых, стучать боссу — дурной тон. А во-вторых, это значит признать, что Фрида мне не доверяет.
Поли и Люси изображали на арене дуэлянтов, цель которых была не проткнуть соперника, а проглотить все более длинные ужасающие мечи.
Когда была очередь Люси, какой-то остряк предложил себя в качестве альтернативы ее клинку.
— Если ей вдруг понадобится размякший ножик для масла, она первым делом обратится к тебе, — парировал Поли.
Кто-то похлопал меня по плечу. Фрида. Пока хулиган краснел, а зрители ревели, она увела меня за полог. Снаружи артисты переодевались в новые наряды для главного номера программы. Чудесная Аннабель бросила на меня откровенно недружелюбный взгляд. Интересно, чем я разозлила ее.
Как только оказались вне пределов слышимости, Фрида вручила мне холщовый мешок для белья. Я заглянула вовнутрь.
— Это все? — спросила я.
Фрида кивнула.
— Все, что мы взяли.
— Мы?
— Мне помогала Мейв.
Старая гадалка сидела прямо напротив меня и даже не намекнула на что-то такое. Это вдобавок к другой лжи, о которой, впрочем, я пока мало что знала.
Я начинала злиться.
— Ты ведь не соврала? — спросила Фрида. — Ты никому не расскажешь без крайней необходимости?
— Естественно, — заверила я. — Руби была и моей подругой.
Похоже, она не до конца мне поверила. Я пыталась придумать, как успокоить ее, когда из шатра донесся гром аплодисментов. Даже не попрощавшись, Фрида рванула внутрь вместе с остальными артистами.
Любопытство пересилило мое желание увидеть финальный номер, и я заглянула в мешок. Мне было интересно, что так беспокоило Фриду. Мои пальцы сомкнулись на каком-то маленьком предмете на самом дне.
Я вытащила его, внимательно рассмотрела, и все, что я знала о Руби, вылетело в трубу.
Пока меня не было, у дома Доннера прибавилось автомобилей. Помимо ржавого циркового грузовика и пикапа Дока появилась еще и полицейская машина.
Не очень-то приятное зрелище, учитывая содержимое полотняного мешка, висящего у меня на плече. Не говоря уже о найденном на самом дне сюрпризе, который теперь лежал у меня в кармане.
Я искала место, куда его можно спрятать, когда заметила всплеск света из амбара. Замок был снят, а большие двойные двери приоткрыты. Подойдя ближе, я услышала приглушенные ругательства и лязг.
Я проскользнула внутрь и увидела мужчину и мотоцикл в кругу керосиновых ламп. Эти двое устроили борцовский поединок, и мотоцикл, кажется, побеждал.
