– Но тот, кто это сделал, еще может быть здесь.
– Скорее всего. Мюллеру я расскажу правду, он решит, что делать. А пока что позову к тебе и к моей сестре горничных. С тобой всегда будет кто-то рядом. – Он позвонил в колоколь– чик.
– Но Риченда сейчас одна, – прошептала я.
– Я оставил двери открытыми и cмогу видеть вас обеих, – заверил Бертрам, и после этого обещания мне удалось задремать. Освежающе-холодный ветерок из открытого окна наполнял комнату ароматом цветов из сада, что в иное время я бы сочла восхитительным. Миссис Мюллер в самом деле создала волшебный сад. Я задумалась, почему это казалось таким важным, но заснула по-настоящему, не успев найти ответ.
Что ж, не могу сказать, что на первом своем балу я много танцевала. Сквозь сон я замечала чьи-то силуэты, входящие и выходящие из комнаты. Доктор проклинал газовые лампы и всех слуг. Долгое время у кровати маячил Бертрам, затем его сменил Мюллер. Он склонился ко мне и прошептал:
– Я должен был убедиться, что с вами все в порядке. Стэплфорд побудет здесь. Не волнуйтесь, я со всем разберусь. А сейчас отдыхайте.
Я вздохнула и решила довериться ему. Ведь он в самом деле был очаровательным мужчиной. Сновидения метались в сознании. Мальва гонялась по джунглям за газовыми лампами в кепках, а в самом сердце густых зарослей рычал лев. Лев с лицом Ричарда Стэплфорда.
Утром ко мне пришла горничная, помочь умыться и одеться. Спустившись к завтраку, я обнаружила в столовой настоящий военный совет, а за столом сидел не кто иной, как Ричард Стэплфорд, хозяин Стэплфорд-холла и мой давний враг. Когда я вошла, он действительно почти рычал.
– Вы! – драматично воскликнула я, как делают все плохие актрисы.
Ричард едва удостоил меня взглядом.
Мюллер с Бертрамом тоже были там, но миссис Мюллер отсутствовала. Ее сын встал и выдвинул для меня стул.
– Матушка просила ее извинить, – сообщил он. – Она крайне расстроена вчерашним происшествием и не может присоединиться к нам.
– Это и к лучшему, – встрял Ричард.
Мюллер не обратил на него внимания и помог мне устроиться.
– Доктор заверил меня, что никаких серьезных последствий у вас не будет, мисс Сент-Джон. Бертрам, позвоните, чтобы принесли свежий чай.
– К черту чай! – прорычал Ричард, с излишней силой протыкая тонкий ломтик бекона на тарелке. Завтрак уже подали, и все трое успели наполнить тарелки. Очевидно, никто не ждал, что я, слабая и хрупкая девушка, смогу этим утром проглотить что-то, кроме чая. Очень не хотелось признавать, но они оказались правы.
– Как себя чувствует Риченда? – спросила я. – И что он здесь делает?
– Риченда тоже поправляется, – ответил Мюллер. – А сэр Ричард явился на бал без приглашения, требуя, чтобы сестра вернулась домой.
– Так это вы, – обвинительным тоном начала я. – Это вы были у окна!
– О чем говорит эта девка? – презрительно выплюнул Ричард. – От газа у нее последние мозги выветрились.
– Должен попросить вас придержать язык, сэр, – холодно потребовал Мюллер. – Мисс Сент-Джон – гостья в моем доме. В отличие от вас.
– И тебя она окрутила? – ухмыльнулся омерзительный Ричард. – И как ей удается!
Мюллер резко отодвинул стул и встал.
– Ну-ну, приятель, – неловко попробовал вмешаться Бертрам.
– Разве сейчас не самое важное – найти того, кто пытается убить Риченду? – вмешалась я.
– Ты о чем вообще! – рявкнул Ричард.
– О том, что она не должна была пережить эту ночь.
В комнате стало очень тихо. Наконец Ричард заговорил:
– Ну, девка, клянусь, если это одна из твоих уловок, я…
– Довольно! – взревел Мюллер. Мы все подскочили. Все знали, что Мюллер никогда не повышает голос. Он этим славился.
– Так, теперь, наконец добившись вашего внимания, должен сказать, что я согласен с мисс Сент-Джон. Я считаю, что жизнь Риченды была и остается в опасности.
– Но кто стал бы вредить моей сестре? – спросил Ричард уже не сердито, а как-то даже жалобно.
– Ты, – ответил Бертрам. – После ее смерти доля в поместье, принадлежащая ей по завещанию нашего отца, переходит к тебе.
– Мне не нужны деньги! – огрызнулся Ричард.
– Не знаю, как насчет поместья, – уже спокойнее заметил Мюллер, – но ее акции тебе точно нужны. – Он снова сел.
– И тебе тоже, – злобно ответил Ричард.
– Но, если Риченда умрет, я их не получу, – напомнил Мюллер.
– Думаю, Эфимия, тебе лучше уйти, – сказал Бертрам. – Мы сами должны все выяснить.
– Хотите сказать, что нужно оставить это дело мужчинам? – уточнила я. – Нет, не думаю. Пока Риченде не станет лучше, я буду ее представителем.
– К дьяволу, я сам представляю свою собственную сестру! – рявкнул Ричард.
– Именно в этом и дело, – усмехнулся Мюллер. – Ты не можешь. Твои мотивы вызывают подозрения.
– Вы с собой Баркера привезли? – вмешалась я.
– А при чем здесь мой помощник?
– Вы отправили его сюда с угрозами, чтобы запугать меня и убедить Риченду вернуться в Стэплфорд-холл.
– Ничего подобного, – возразил Ричард. – Я велел чертову парню передать мое почтение и объяснить, что Риченда нужна мне дома.
– А он сделал все по-другому, – пожала плечами я. – И еще распустил грязные слухи о мистере Мюллере.
