Лали бежала быстро, как только могла. Территория, заросшая деревьями, простиралась так далеко, что казалась бескрайней. Лали была уверена, что не доберется до высоких стен, отгораживающих их от шоссе. Позади она слышала шаги, но не могла заставить себя обернуться. Может, эти звуки ей только мерещились, а может, она скоро почувствует, как голову прошьет пуля, и тогда все закончится. Но ее это больше не волновало — она предпочла бы принять пулю. Единственное, что подталкивало ее бороться, так это пара рук, вцепившихся в нее. Близняшки все это время прятались за дверью апартаментов Махараджи, сидели там тихо-тихо, ничем не выдавая себя. Эти ручонки наполняли ее страхом — и за себя, и за них. Если ее поймают, втопчут в землю, чтобы она уже никогда не поднялась. Отгоняя ненужные мысли, она бежала, не видя перед собой ничего, кроме расплывающихся точек света, которые мигали вдалеке в такт ударам ее ног о землю. В какой-то момент она сама не заметила, как выпустила руки девочек.
Лали не могла различить Соню в темноте, но она знала, что блондинка где-то поблизости. Наверное, прокладывает себе путь более осторожно, более умно и хитро, чего ей самой не дано. Когда она добралась до рощицы, подступавшей к стене комплекса, из темноты высунулась чья-то рука и схватила ее за талию. Прежде чем крик успел вырваться из горла, ладонь Сони зажала ей рот, и Лали чуть не задохнулась.
— Заткнись, заткнись, — прошептала ей на ухо блондинка. — Перестань пыхтеть, как лошадь. Где золото? — прошипела она.
Лали показала ей мешочек. От страха она совсем забыла о недоверии к Соне, но, когда отдышалась, ее снова охватила паника, хотя и связана она была не с Соней.
Она напрягла слух, пытаясь уловить звуки шагов. Шум у ворот не стихал. За стенами разгорался пожар. Огонь бушевал достаточно близко, чтобы его можно было разглядеть, крики и визг автомобильных шин доносились все отчетливее.
Соня тихо сказала:
— Подождем немного, сейчас это небезопасно.
Лали метнула на нее гневный взгляд и выглянула из своего укрытия, чтобы осмотреть территорию.
— И что дальше? — спросила она, не глядя на Соню.
Ответа не последовало.
Лали в недоумении оглянулась. Лицо Сони было искажено беспокойством.
— Этот чертов Рэмбо должен был ждать здесь, — пробормотала она.
Лали больше не могла сдерживаться:
— Что происходит? Что вы с Рэмбо натворили?
— Сейчас не время, — только и бросила Соня.
По ее напряженному голосу Лали поняла, что больше ничего от нее не добьется. Видимо, придется подождать.
Соня, похоже, была сама не своя. Она сжала руку в кулак и ударила по стволу дерева:
— К черту, я не могу тупо ждать этого идиота. Нельзя терять ни минуты. Если они найдут нас… — Она умолкла.
Лали не отпускала мысль о том, чем все это обернется для них.
— Сбереги это золото, — сказала Соня, оглядывая стену и деревья. — Оно тебе еще как пригодится
— И все-таки в чем заключался ваш план? — не выдержала Лали.
Соня вздохнула:
— На данный момент никакого плана нет.
До них донеслись звуки быстро приближающихся шагов, и обе отпрянули в тень. Лали присела на корточки за толстым деревом, а Соня так и осталась на виду. Дурга… Она остановилась в нескольких метрах от них: согнулась пополам, упираясь руками в колени, и жадно глотала воздух.
Лали уловила беспорядочные голоса, звучавшие все громче. Огоньки — судя по виду, фонариков — зигзагами пробирались сквозь темные заросли. Дурга в панике смотрела на высокие стены.
— Дурга, Дурга, сюда, сюда, — позвала ее Лали.
Соня выругалась у нее за спиной и прошипела:
— За мной.
И Лали, и Дурга теперь мчались на голос Сони, выискивая ее в темноте. Соня ловко залезла на дерево, выискивая раскидистые ветки, с которых можно было бы перебраться на стену. Лали и Дурга последовали ее примеру, карабкаясь, как обезьянки, на соседние деревья.
— Быстро! — крикнула Соня во весь голос. — Прыгайте.
И Лали, и Дурга испуганно уставились на нее, затем посмотрели вниз. Уже можно было разглядеть лица охранников, так что счет шел на минуты. Все трое перепрыгнули через стену. В левой руке Лали держала мешочек со слитками. При падении она не успела сгруппироваться, и острая боль пронзила запястье. Соня уже мчалась по шоссе, чудом не угодив под колеса встречного грузовика. Лали посмотрела направо и увидела горящую машину. Чуть поодаль кричали и ругались мужчины с шафрановыми повязками на лбу. Лали знала, что сейчас не время для боли и слез. Если их найдут, они потеряют больше, чем жизнь.
Она положила руку на плечи Дурги и мягко притянула девочку к себе. Скулеж малышки постепенно перерос в судорожные рыдания.
— Посмотри туда, — сказала ей Лали, указывая в сторону забора. — Как ты думаешь, что они сделают, если схватят нас?
Дурга подняла на нее покрасневшие от слез глаза. В них плескалась боль.
— Моя сестра, — заплакала она. — Моя сестра все еще там.
Она поползла обратно к стене и, царапая бетонную поверхность, попыталась вскарабкаться наверх. Лали прыгнула на нее, оттаскивая назад. Дурга кричала, визжала, отпихивала Лали слабыми ручонками.
