На полу под столом – сигарный окурок. Брайди поднимает его.
Возвращается Руби, на этот раз через открытую дверь.
– Весь дом перерыт, больше здесь никого нет. – Он смотрит на окурок в ее руке. – Что это?
Брайди нюхает окурок, перекатывая его меж двух пальцев.
– «Гусарская смесь», продается в дешевой табачной лавке возле Бартса [28]. Излюбленное курево студентов-медиков, но для столь знающего опытного доктора – весьма странный выбор.
– Почему это?
– Потому что на вкус и запах, Руби, это просто кошачье дерьмо, перемешанное с соломой.
– Эти сигары курил доктор Харбин? – спрашивает Брайди у миссис Суонн. Та стоит рядом и, глядя на погром, негодующе цокает языком.
– Вы сейчас
– Да, к вам, миссис Суонн.
– Нет, мэм, я никогда не видела, чтобы доктор курил или поощрял эту привычку в других. Он – ярый противник курения.
Брайди роется на письменном столе доктора Харбина, перебирая скомканные и разорванные документы, брошюры и письма.
– Ребенок, – напоминает Руби. – Что с ребенком доктора Харбина?
Брайди поворачивается к миссис Суонн.
– Где Мертл?
– В саду, мэм, но толку от нее я не могу добиться.
– Проведите меня к ней, пожалуйста.
Миссис Суонн ведет Брайди в кухню, усеянную черепками разбитой фаянсовой посуды и покореженными кастрюлями. Они поскальзываются на рассыпанных крупах и чае. Дверь кладовой сорвана с петель.
Брайди осматривает беспорядок.
– Вопрос такой: они просто крушили все, что под руку попадалось, или что-то искали?
У миссис Суонн вид испуганный.
– Если что-то и украли, мэм, как мы это узнаем? Ведь здесь такой хаос.
Мертл сидит на деревянной скамейке в нише, образованной живой изгородью, которой обнесен огород. Брайди видит только ее руку, качающую игрушечную плетеную колыбель.
По приближении Брайди Мертл перестает укачивать куклу и подносит к губам палец.
– Тише, Роза заснула. – Она возводит глаза к небу. – Наконец-то.
В лучах осеннего солнца, проникающих в этот тенистый уголок сада, волосы Мертл обретают густой каштановый блеск, но лицо у девочки бледное, глаза – тусклые.
Брайди садится рядом с ней.
– Роза доставляет много хлопот.
– Да, миссис Дивайн, – устало кивает Мертл. – Очень много.
Из дома доносится шум: миссис Суонн ведет бой с совком, шваброй и ведром. Сам дом скромный, но вполне комфортабельный – пристойное жилье для доктора и его маленькой дочки (супруга доктора скончалась при родах, произведя на свет Мертл, и доктор не выказывает склонности к повторной женитьбе, насколько может судить миссис Суонн). На огороде зеленеют на подпорках последние бобы с длинными стеблями и стелется запыленная капуста. Вокруг них гудят ульи, пчелы танцуют в благоуханном саду, полнящемся ароматом душистых яблок. Руби тянет руку к ветке, словно собираясь сорвать один плод. Потом, опомнившись, передумывает, складывает на груди руки и идет бродить по саду.
Брайди поворачивается к девочке.
– Где твой папа, Мертл?
– Не знаю, миссис Дивайн.
– Это папа устроил погром в доме?
– Нет, какие-то люди.
– Ты их видела?
– Нет, слышала. Бам, бам, ба-бах. И я спряталась – вот так. – Девочка перестает качать колыбель и вжимается в живую изгородь.
Брайди кивает.
– Папа был дома, когда пришли эти люди?
Мертл задумывается.
– Может, был, может – нет. Папа приходит и уходит незаметно. – Она рукой изображает волнообразное движение. – Проскальзывает, как уж.
Мертл встает и берет Розу из колыбели. Держа куклу за ногу, она вытаскивает из-под матрасика альбом для рисования и протягивает его Брайди.
– Ты хочешь, чтобы я посмотрела твой альбом? – спрашивает Брайди.
Мертл усаживается рядом и, перегнувшись, принимается листать альбом, который держит Брайди.
– Что это? – Брайди показывает на рисунок, изображающий толстую женщину. От ее рта, носа и рук расходятся синие линии.
– Это старая няня, что была до новой.
Руби подходит ближе, чтобы взглянуть на рисунок.
– Мертл, – любопытствует Брайди, – а что это за синие линии?
Девочка потирает нос.
– Вода. Она тонет.
– Тонет? Значит, она сидит в лохани?
– Это не лохань, – смеется Мертл. – Она сидит на стуле, а это – камин.
– Что-то я не очень понимаю, Мертл. Откуда там взялась вода, в которой она тонет?
– Воду нагоняет Кристабель. – Девочка забирает у Брайди альбом. Она закрывает его и убирает под матрасик в колыбели, сверху кладет Розу, укрывает ее одеялом и энергично похлопывает.
– Ты видела, как это произошло?
– Нет, – качает головой Мертл. – Миссис Бибби мне рассказала.
– Люди не тонут, сидя в кресле, – доброжелательно замечает Брайди. – Думаешь, миссис Бибби хотела напугать тебя этой историей?
– Она знает истории и пострашнее, – фыркает Мертл. – Она убила одного джентльмена и одну леди и изрубила их. А леди положила в корзину с крышкой, куда кладут еду для пикника.
– Миссис Бибби тебе это рассказала? – изумляется Брайди.
– Да, – кротким тоном подтверждает Мертл. – И однажды, когда она была Лил, и еще раз, когда ее звали как-то по-другому, ее чуть не поймали. Но затащить ее на виселицу не так-то просто.
