Она споткнулась на втором рельсе, успела ещё, повернув голову, увидеть пугающе близкую стальную, оскаленную морду паровоза и перекошенное от смертного ужаса лицо машиниста, и тут Октай резко рванул её за собой, и они кубарем скатились по насыпи с другой стороны, а позади над ними с ужасающим грохотом пронёсся поезд, отрезав их от преследователей,
На ребят сыпались мелкие камушки. Веглао сидела и тяжело дышала, разевая рот, оторопело хлопая глазами.
— Вставай! — грубо крикнул Октай, снова хватая её за руку и заставляя подняться. — Бежим, надо спрятаться!
Собрав последние — в самом деле последние — силы, Веглао побежала за ним, держась за его руку. Шаг — взрыв в ноге, шаг — взрыв, шаг — взрыв… Вот уже палящее солнце сменилось лесными пляшущими тенями, под ноги попадались корни, поезд грохотал всё дальше, а криков и лая вообще не было слышно. Октай, то и дело оборачиваясь, бежал вперёд, как будто мышцы у него были железные, и тащил её за собой. Веглао задыхалась от боли, и вскоре всё окружающее слилось перед её глазами в мешанину тёмных и светлых пятен. Наконец, уже теряя сознание, она почувствовала, что бегут они куда-то под гору. А потом, видимо, опять упала в обморок — поскольку в следующую секунду поняла, что лежит навзничь на земле, вокруг тишина, а перед глазами голубое небо.
Где-то справа раздавалось тихое мерное журчание. Повернув голову, Веглао увидела, что находится на берегу речки. Возможно, это был тот же ручеёк, на берегу которого они завтракали, только здесь он разлился и превратился в маленькую реку, текущую по широкому песчаному руслу. Здесь она раздавалась на два рукава, обнимающие заросший мать-и-мачехой островок. Натекая на камни, которых здесь было довольно много, вода и издавала то журчание, которое слышала Веглао.
Девочка лежала на жёлтом от песка берегу, по которому протянулись от леса к реке тонкие русла высохших ручейков — недавно здесь текла талая вода. Неподалёку от Веглао в песке был маленький муравейник, и теперь, повернув голову, она могла видеть, как муравьишки быстро-быстро убегают прочь от оборотней. Многие из них тащили белые яйца — своих будущих детёнышей. Веглао попыталась пошевелиться, но тут её правую ногу пронзила точно такая же боль, которая была при выстреле. Веглао сначала вскрикнула, потом застонала, закусив губу. Услышав это, Октай бросился к ней от ручья, из которого он жадно пил воду.
— Ты очнулась?.. — Веглао резко села. Песок под её правой ногой пропитался кровью. Она почувствовала, что внутри ноги что-то движется… что-то, похожее на маленький камушек. Боль была такая, что она расплакалась. Октай опустился рядом с ней на колени с совершенно потерянным видом.
— Надо вытащить пулю, — тихо сказал он. — Не знаю как, но я попробую…
Вдруг боль прекратилась. Веглао попыталась пошевелить ногой, и ей удалось её чуть-чуть передвинуть. На окровавленном песке осталось лежать что-то, похожее на…
Октай ошеломлённо протянул руку и взял непонятный предмет двумя пальцами.
— Это пуля, — проговорил он. Веглао взяла кусочек металла из его пальцев.
Это и в самом деле была пуля. Скользкая от крови, маленькая и острая. Похоже, её тело её просто… вытолкнуло.
— Знаешь, — сказал вдруг Октай, глядя на пулю с каким-то суеверным страхом, — ты лучше плюнь на неё и брось через левое плечо. Правда, Веглао. На всякий случай.
— Я думала, ты не веришь в такую чушь, — хмыкнула Веглао, но пулю всё-таки отбросила. Октай посмотрел ей в глаза и мокрой ладонью вытер слёзы с её щёк.
— Нам нельзя здесь долго оставаться, — прошептал он.
— Знаю.
— Надо перевязать тебе рану.
Он поднялся на ноги.
— Сможешь доползти до реки?
— Смогу, — храбро ответила Веглао. Она оперлась обеими ладонями в землю, медленно встала на четвереньки. Октай предусмотрительно отвернулся, проговорив что-то насчёт подорожника. Кое-как, стараясь не стонать от боли, Веглао добралась до речки и села на берег, поджав под себя левую ногу и вытянув правую.
Она сняла ботинок и носок, окровавленную штанину закатала до колен. Рана была на вид ужасной, Веглао поскорее отвела от неё взгляд.
Подошёл Октай, неся несколько молодых листочков подорожника. Вместе они промыли рану, потом приложили к ней подорожник, и Веглао примотала его к ноге собственным выстиранным мокрым носком.
— Лучше, чем ничего, — слабо улыбнулась она, разглядывая импровизированную повязку. Октай улыбнулся в ответ.
— Думаешь, мы оторвались? — спросила его Веглао.
Октай посмотрел на неё усталыми глазами. Покачал головой.
— Оторвались, но ненадолго. Поезд уже прошёл давным-давно. Они наверняка опять похватали своих собак и отправились за нами. Так что пойдём.
— Пойдём, — коротко ответила Веглао, успешно подавив тяжёлый вздох. Она сняла второй ботинок. Разулся и Октай. С помощью друга она смогла подняться на ноги. Потом они перешли реку вброд, не заходя на островок, на другом берегу снова обулись и поднялись вверх по глинистому, скользкому бережку к раскинувшемуся наверху небольшому и редкому берёзовому лесу.