Полковник Хеммер и рядовой Акер находились в пяти милях от Фор-Корнерса, на дальнем конце покосного поля, куда вели две заросшие колеи грунтовой дороги и где стоял большой, понемногу ржавеющий металлический ангар. Фермер Мерил Кристиан, когда был еще жив и работал на этом поле, держал в нем кое-какую сельскохозяйственную технику, но, когда старый холостяк умер, не оставив наследников, вся его собственность, включая поле и ангар, отошла штату. Пять лет назад Хеммер выкупил его и думал когда-нибудь опять его засеять, не подозревая еще, какой великой цели оно со временем послужит.
Акер и Хеммер сидели в джипе, который стоял примерно в середине длинного ряда припаркованных в высокой траве автомобилей. Акер держал в руках микрофон полевой рации и ждал, когда полковник Хеммер заговорит. Полковник молчал почти полминуты – Акер засекал такие вещи по часам – а он знал своего начальника достаточно хорошо для того, чтобы бояться таких долгих пауз, потому что они означали, что полковник охвачен безмолвным бешенством и мысленно сносит чьи-то головы.
В данном случае головы, которые Хеммер хотел бы снести, принадлежали трем женщинам, которых он не видел никогда в жизни. И это было неудивительно, потому что они подожгли в этом проклятом городе автозаправочную станцию.
– Пожар под контролем? – спросил он так неожиданно, что Акер чуть не подпрыгнул.
– Судя по всему, пока горит только гараж, но там много легковоспламеняющихся материалов, а бензонасосы перед ним работали на полную мощность. Бойцы их отключили, но к тому времени на землю вылилось целое море бензина.
Хеммер подумал секунду, затем с досадой покачал головой:
– Они пытались поджечь весь город.
– Похоже на то, сэр. Солдаты обнаружили и обезвредили сделанную наспех горючую дорожку, ведущую от гаража до насосов. С помощью пожарных гидрантов им удается не пускать пожар к лесу, чтобы огонь не добрался до сухих сосен, но если они полностью не возьмут его под контроль, то с рассветом дым от горящего гаража можно будет увидеть с расстояния многих миль.
Полковник поднял свои бледно-голубые глаза к небу. До настоящего рассвета было еще далеко – в черноте ночи растворилось чуть-чуть индиго, – но даже это внушало беспокойство. У них самое большее час.
– Они уверены, что выстрелы доносились из дома?
– Да, сэр.
– И никто не вышел?
– Нет, сэр. Бойцы взяли дом под наблюдение буквально в течение нескольких секунд. Мы до сих пор не убрали оттуда людей.
Хеммер кивнул, одновременно удовлетворенный и обеспокоенный:
– Значит, женщины еще внутри.
– Да. Мы их прищучили, сэр.
– Может быть.
– Сэр?
Хеммер посмотрел на него:
– Акер, тебе не кажется странным, что они, после того как подожгли бензоколонку, спрятались не где-нибудь, а в соседнем доме?
Акер пожал плечами:
– Это же женщины, сэр.
Губы Хеммера пересекал глубокий шрам, и поэтому, когда он улыбался, что случалось крайне редко, вся левая сторона его рта опускалась вниз. Очень немногие люди знали, что получающаяся в итоге гримаса означала одобрение. Акер был из тех, кто знал.
– Хотите послать в дом группу, сэр?
– Нет. Всех на пожар. А о женщинах позаботимся мы с тобой.
На этот раз улыбнулся Акер.
Все, кто ехал в автобусе команды «Манкиренч», функционировали почти исключительно на адреналине. За последний час они объехали только две из семи мертвых зон и ничего не обнаружили ни в первой, ни во второй, а до третьей нужно было ехать добрых двадцать миль. Они выпили четыре кофейника и съели всю закуску, оставшуюся в автобусе с предыдущей поездки. Харлею кофе уже мало помогал. Он не вылезал из-за баранки с самого Миннеаполиса, и его глаза напоминали две ниточные катушки, вращающиеся в противоположных направлениях. Бонар, который сидел в штурманском кресле с того момента, как Джино ушел в задний отсек вместе с Магоцци, Холлораном и Родраннером, опасался, что татуированный гигант держится в вертикальном положении только благодаря ремню безопасности.
В рабочей комнате Родраннер впервые за прошедший час оторвал глаза от монитора. До этого он был погружен в какой-то странный кибертранс, изредка прерываемый периодами яростного колочения по клавиатуре. Он облазил всю сеть, проверяя фамилии и адреса из фэбээровского списка в надежде, что Бюро что-то пропустило. Он распечатывал информацию на принтере и давал ее на анализ Магоцци, Джино и Холлорану.
– Проклятье! Все это никуда не ведет! – уныло сказал он. – Ни одной зацепки. Если вы не обнаружите чего-нибудь такого, что я мог пропустить, то придется согласиться с агентом Кнутсеном и признать, что эти люди невинны, как новорожденные младенцы. Просто обычные люди.
Магоцци постучал пальцем по листу бумаги, который он как раз просматривал:
– Если федералы ищут молоковозы, то на этого Франклина Хеммера они должны были обратить особое внимание.
Джино сразу же зашелестел пачкой листов, которую держал в руках:
– Который тут Хеммер?
– Владелец молочной фермы.
– А, да. И каким же нужно быть психом для того, чтобы заполнять молоковозы нервно-паралитическим газом? Как мне теперь молочную кашу есть?
