Несколько раз в месяц родители Логана ездят в Дилос, чтобы развеяться и навестить знакомых, и обычно несколько раз в месяц проводятся самые шумные вечеринки, которые устраивает капитан школьной команды и по совместительству кусок дерьма Логан. Ему никогда не нравилось, что я ошивался рядом, но он никогда не признавал во мне врага или недруга, он просто привык забирать то, что ему нужно, что ему нравится, а я очень часто владел тем, что впоследствии становилось его навязчивой идеей. В последний раз мы выясняли отношения в тот день, когда я со всей скорости налетел на стену в аэропорту и угодил в реанимацию. Потом почти полтора года мы с ним даже не разговаривали. Но в этом году, этой осенью в Астерию нагрянула рыжая заноза в заднице, и все изменилось.
Я выхожу из машины, захлопываю дверь и прислоняюсь спиной к крылу.
– Ты чего? – спрашивает меня Хэрри, поправляя очки.
– Дай мне минуту.
– Не любишь это место?
– С ним слишком многое связано.
По большей части с ним связана пустота, смазанные мысли и черные пятна. Каждый раз, когда я пересекал порог этого шикарного дома, выходил наружу я другим человеком.
– Я всегда понимал, почему Логан тебя недолюбливает, – вдруг говорит Хэйдан и подходит ко мне, – но я не понимал
– В смысле?
– Логан ничего тебе не сделал. Он просто завидовал, и все.
– Он кретин, Хэрри.
– Кретины повсюду.
– Он главный кретин.
– И ты так думаешь, потому что ему нравится быть популярным? Нравится, когда девчонки взвизгивают, когда он проходит мимо? Мэтт, этого все хотят.
– Знаешь, почему никто не танцевал с тобой на первом осеннем балу? – Я смотрю на Хэйдана, а он поджимает губы. – Логан парней подговорил.
– Я и не должен был танцевать с парнями.
– А они подговорили девчонок, и это превратилось в игру, и все в ней участвовали, потому что Чендлеру так хотелось. Помнишь, я тогда с ним подрался в столовой?
– Да, но… Подожди. Тогда наши родители еще не знали друг друга, и даже мы еще не знали друг друга.
– Какая разница? – Я отворачиваюсь и откидываю носком ботинка хрустящую гальку.
– Ты заступился, не зная меня? – удивляется Хэрри, округлив глаза.
– Логан – свинья. Иногда мне казалось, что он специально пытается добиться того, что отлично у меня выходит. Удивительно, как он еще не взялся за спортивную стрельбу или, нет, подожди, взялся! – Я ухмыляюсь. – Кажется, в прошлом году у него возникло желание научиться стрелять по мишеням.
– Зачем он это делает?
– У него спроси.
– Наверное, он чувствует.
– Что именно?
– Что люди к тебе тянутся. И ему это не нравится.
– Да брось, Хэрри. Кто ко мне тянется? – Я отталкиваюсь от машины и взлохмачиваю волосы. На улице прохладно, а над коттеджем Чендлера повисла густая дымка, оттуда так и рвутся горячие потоки воздуха.
– Ты все время отталкиваешь людей.
– Не начинай этот психологический бред, хорошо?
– Но это правда, ты и с Ариадной не хотел общаться, помнишь? – Хэрри догоняет меня, а затем горько усмехается. – И мы знаем, что из этого вышло.
Брат направляется к коттеджу, из которого выходят шатающиеся люди. Да уж, знаем мы, что из этого вышло. Большая неприятность.
Вечеринка в самом разгаре. Музыка орет так неистово, что эхом отдается по телу. Не собираюсь задерживаться на пороге и сразу тащу Хэйдана в гостиную. Он здесь впервые и поэтому рассматривает шикарные апартаменты Чендлеров с отвисшей челюстью. Народу так много, что не протолкнуться, и мне приходится работать локтями, чтобы двигаться.
– Хорошо быть парнем, – говорит Хэрри, и я недоуменно смотрю на него.
– Что?
– Говорю, хорошо быть парнем, – перекрикивая музыку, повторяет он, – нам не надо думать над тем, что надеть на вечеринку.
– Смотря какой ты парень.
Хэрри искренне усмехается, а я закатываю глаза. Пусть он еще скажет, что ему здесь очень нравится. Запах стоит тяжелый, полуголые девушки вьются вокруг. Я смотрю за спину и вижу, как брат с трудом проходит полосу препятствий: то замирает, заглядевшись на танцующих девушек, то уворачивается от опьяневших спортсменов.
Я в отличие от Хэрри церемониться не собираюсь. Надо отыскать ведьм, и уже в следующее мгновение я замечаю Мэри-Линетт Монфор, точнее, смуглую девушку, в которую она превратилась. Прибавляю скорость, расталкиваю зевак и вижу, как, пьяно покачнувшись, Мэри роняет на пол стакан с выпивкой.
– Отлично, – недовольно бурчу я, прорываясь к ней. Когда она успела надраться?
Главный сюрприз ждет меня впереди. Стаканчик закатился под стол, но вместо того чтобы наклониться и достать его, Мэри спокойно кончиками пальцев поднимает сам стол и невинно нагибается за добычей. Глаза мои лезут на лоб, я резко подскакиваю к девушке и хватаю ее за руку.
– Какого черта вы творите? – едва слышно говорю я.
– О, ты уже здесь. Пришел испортить веселье?
– Вас могли заметить.
– Тут все на ногах не стоят, Мэтт! – пьяно покачнувшись, восклицает девушка. – Кто им поверит? Ну раскинь мозгами, давай. Ты же умненький мальчик.
Она хихикает, икает, а я оглядываюсь в поисках старшей Монфор.
– Где ваша сестра?
– Играет в прятки.
– Господи, ответьте серьезно, пожалуйста.
