– Что? – переспрашивает девушка не своим голосом и, когда оборачивается, смотрит на меня уже совсем иначе. – Не что, мальчик, а
Шоколадные глаза Норин неожиданно покрываются черной пеленой, они становятся демоническими, глаза без радужки, глаза без эмоций. Женщина хрустит шеей так громко, что звук проносится по комнате и врезается в мое лицо. Я лепечу:
– Какого…
– Оу, Мэтти испугался! – жалостливо говорит Норин, грубо бросив тело Дэвида на пол, будто и не держала его в тисках несколько секунд назад. – Мэтти хочет домой.
– Что с вами, Норин?
– А что со мной не так? Тебе не нравится, как я выгляжу?
– Это не вы.
– А ты разве знаешь меня, Мэтти? – Она оказывается рядом в мгновение ока. Шипит, приблизившись к моему лицу, и улыбается. Это совсем не тот человек, которого я знал. Неожиданно я вспоминаю, как Ари ворвалась ко мне домой вся в слезах. Она сказала, что тетя Норин пыталась ее убить, сказала, что Норин была одержима. Могла ли она и сейчас поддаться силе Дьявола? Да что я в этом понимаю, чтобы рассуждать!
Меня отвлекает отвратительный звук. Норин впечатывает ладони по обе стороны от моего лица, а затем царапает ногтями дверь, оставляя кровавые следы. Я жду, что она скажет что-то, но она лишь обнажает белоснежные зубы.
– Вам срочно нужно домой, – ровным голосом сообщаю я.
– Я была заперта так долго, Мэтти. Я устала прятаться.
– От кого?
– От себя. Я была рождена для этого, Мэттью, – шепчет она, прикоснувшись носом к моей щеке. – Ничто так не усладит мужские уста, как мои губы. Ничто так не согревает, как мои объятия. Я здесь, чтобы сводить с ума, пленять и лишать рассудка, я здесь, чтобы тебе больше не приходилось страдать, ты ведь так одинок, Мэтт, разбит, сломлен. – Она нежно проводит ладонями по моему лицу и плечам, а я не ощущаю ничего, кроме безумного желания как можно скорее привести Норин в чувство. Я резко подаюсь вперед, поворачиваю девушку к себе спиной и прижимаю к ее лицу полотенце с хлороформом.
Норин впивается ногтями мне в кожу.
– Тише-тише, – сбивчиво шепчу я, не позволяя ей вырваться. – Скоро он подействует.
Женщина дергается, будто сумасшедшая, извиваясь и выкрикивая мое имя. Вскоре у меня не остается сил, а этот чертов хлороформ не помогает. Что за дьявол? Я раздраженно зажмуриваюсь, ничего не меняется. Ничего! Руки устают, слабеют, и Норин Монфор уже в следующее мгновение оказывается на свободе.
– Черт, почему вы еще стоите, мать вашу!
– Ты, – рычит ведьма, растопыривает пальцы и нагибается, готовая в это же мгновение разодрать мне глотку. Я не видел ничего подобного! Ее лицо бледнеет, через кожу проступают черные кривые вены, пульсирующие от напряжения.
Она усмехается, а у меня от спазма скручивается желудок. Что дальше?
Норин Монфор налетает на меня, словно гарпия. Я ловко уворачиваюсь, но она царапает ногтями мою спину, и я стискиваю зубы от колючей боли. Как я могу драться с тетей Ари? Это же безумие. Разворачиваюсь как раз в тот момент, когда девушка в очередной раз несется на меня с дикими глазами.
Что ж, иного варианта нет. Хватаю с тумбочки лампу и, едва Норин протягивает руки к моему лицу, бью ее по затылку.
Блондинка валится вниз, а я морщусь:
– Простите!
Дерьмо. Надеюсь, я не навредил ей. Ставлю лампу на место и сажусь на корточки, чтобы проверить ее пульс. К счастью, Норин просто отключилась.
– Отлично, вот и поговорили.
Грузно выдыхаю и поднимаю Монфор с пола. Она превратилась в такую худенькую девушку, что почти ничего не весит. Прямо как Ари, она тоже мелкая.
Черт, почему мысли об Ари постоянно атакуют голову? О чем бы я ни думал, что бы ни пытался сделать, Ариадна появляется перед глазами и портит все, к чему прикасается.
Я спускаюсь по лестнице и слышу, как подростки свистят мне вслед. Не знаю, что именно они пытаются мне сказать своей реакцией. Но мне наплевать. Я криво улыбаюсь и киваю, когда Лорри Фельдман похлопывает меня по плечу, будто отец, гордящийся сыном. Сборище кретинов!
– Мэтт?
Я торможу на очередном повороте и разворачиваюсь, едва не ударив головой Норин о дверной косяк. Лучше бы не разворачивался.
– Мэтт, кто это? – Джиллианна растерянно морщит нос, разглядывая девушку в моих руках. Она морщит нос, когда о чем-то думает. А я постоянно закатываю глаза, когда все выходит из-под контроля. Сейчас самое время это сделать.
– Джил? Что ты здесь делаешь?
– Я должна была с тобой поговорить, а ты не отвечаешь на звонки.
– Дела, – бросаю я, нахмурив брови, – времени совсем мало, и я должен…
– Кто это?
– Где?
– Девушка.
– Какая девушка?
Ладно, строить из себя идиота и дальше попросту глупо.
Джиллианна пристально смотрит на меня, а я невинно моргаю.
– Кузина.
– Какая еще кузина?
– У всех есть кузины. Она из По… – Джил выжидающе вскидывает брови. – Из По…
– Польши, – неожиданно с ответом находится появившийся Хэйдан. И все бы ничего, если бы в его руках без сознания не находилась Мэри-Линетт. Или, точнее, смуглая молодая девушка с короткими каштановыми волосами.
