- Слушай, мне надо поговорить с тетушками. – Касаюсь пальцами локтя Мэтта. – Ты позвони, когда Хэрри придет в себя. Хорошо?
- Т онко намекаешь, что нам пора уходить?
- Ну, раз принуждать вас нельзя, то, что мне остается?
Тоскливо улыбаюсь и собираюсь уйти, но вдруг чувствую, что Мэттью берет меня за руку. Растерянно оборачиваюсь, а он взволнованно глядит мне в глаза и подходит ближе.
- Как ты?
- Нормально.
- Честно?
- Н ет. – Я отворачиваюсь и крепче сжимаю его ладонь. Наверно, стоит ни на секунду не останавливаться, чтобы не было времени на раздумья; искать ответы, гнаться за тенями из прошлого, нестись в неизвестном направлении, но не думать, потому что тогда правда в обычной для себя манере упадет на плечи и прижмет огроменными вопросами к земле.
- Тебе страшно?
- Это так очевидно ? – Вновь смотрю на парня и замечаю , как он кривит губы, словно стесняется того, что пытается меня поддержать. – Эй, все в порядке. Я справлюсь, как и до этого справлялась со всем, что сваливалось на голову.
- Тебе и раньше приходилось справляться со смертельно опасными демонами?
- Нет… Но, знаешь, в моей прошлой школе были отстойные учителя. Они доставали прилично и походили на мифических таких фурий. Это считается?
- Дай подумать. – Мэтт покачивает головой и отрезает, – нет.
- Издеваешься ? – Выдыхаю я, толкнув парня в бок. – Серьезно, где твоя совесть?
- Там же, где и твое чувство юмора.
- У меня прекрасное чувство юмора.
- Было. Пока ты не встретила Хэрри, и он не заразил тебя своим невероятным даром: говорить всякую чепуху, да еще и не вовремя.
- Так, все, иди! – Я, смеясь, отпихиваю парня от себя, а затем хватаюсь пальцами за губы и раздраженно взвываю. – В смысле, иди, если хочешь.
- Если пожелаю?
- Если соизволишь.
Мэтт усмехается и плетется в гостиную, а я закатываю глаза, прямо как он несколько минут назад. Отстойный дар. Нужно срочно научиться его использовать.
С кухни тянется приятный запах. Это явный признак того, что готовит Норин. Почти уверена, что когда я пройду на кухню, Норин будет стоять у плиты, а Мэри-Линетт сидеть за столом и грызть яблоко. Это их обычное состояние. Старшая, ответственная сестра, ну, и младшая: в каком-то роде свободная и, в присущей для себя манере, легкомысленная.
Они одновременно переводят на меня взгляды, когда я останавливаюсь на пороге. Я понятия не имею, что сказать, поэтому измотано взмахиваю руками и опускаю их, ударив по бедрам, будто отбиваю в гонг. Денек сегодня определенно выдался не самый лучший.
- Как ты? – Спрашивает Норин, помешивая еду в сковородке. Она отворачивается. А я и не удивляюсь. За то короткое время, что мы общаемся, я уяснила, что Норин скрывает все свои чувства. Правда, теперь я догадываюсь почему.
- Он передавал тебе привет.
- Как мило с его стороны. Вот только это не ответ на мой вопрос, Ариадна.
- И сказал, что скоро вернется.
- К сожалению, об этом мне известно и без его предупреждений… – Норин спокойно переставляет еду с горящей конфорки и потирает руки о фартук. – Ты проголодалась?
- Не знаю. Об этом я еще не успела подумать.
- А что об этом думать? – Спрашивает Мэри-Линетт и похлопывает по креслу рядом с собой. В правой руке у нее яблоко. Так и знала. – Расскажи, что у тебя за способности?
Смотрю тетушке прямо в глаза и на выдохе произношу:
- Встань. – Мэри-Линетт встает. – Выкинь яблоко. – Она подходит к мусорной урне, послушно выбрасывает яблоко в пакет и переводит на меня ошеломленный взгляд.
- Управляешь разумом?
- И порчу себе жизнь, - плюхаюсь за стол и устало ударяюсь лбом о его поверхность.
- Неудивительно. – Ровным голосом отрезает Норин.
- Что я порчу себе жизнь?
- Что ты управляешь разумом. – Она стягивает фартук, вешает его на крючок и вдруг садится напротив, сомкнув в замок пальцы. Я растерянно приподнимаю на нее взгляд.
- В каком смысле?
- Реджина умела нечто подобное. Копалась в тебе, будто ты миска с конфетами.
- Она могла забрать воспоминания или боль. – Поясняет Мэри-Линетт. – Очень часто ее способности помогали нам скрывать свои просчеты с людьми в Астерии.
- Она забирала тревогу, подозрение, отчаяние. – Норин произносит это с болью. Мне вдруг кажется, что ей тяжело об этом вспоминать. – Мы всегда держались с ней рядом, мы знали, что она возьмет за руку и станет проще.
Норин нервно дергает уголками губ, а Мэри-Линетт кладет ладонь ей на плечо. Разве так выглядят ведьмы? Так невыносимо беззащитно? Вряд ли.
- Я видела ее. Маму. – Тетушки вновь синхронно глядят на меня, а я усмехаюсь. – И, да, я знаю, что это странно. Но она приходила. Рассказала, что делать.
- Ты все-таки видишь призраков, – выдыхает тетя Мэри и покачивает головой, – мне кажется, здесь что-то не так. Ведьмы не видят мертвых, Ари. Для этого нужно провести не один ритуал, и то не факт, что сработает.
- Мама сказала, этому есть объяснение.
- И какое? – Ровным голосом интересуется Норин.
- Она назвала имя. Кажется, – морщусь, – Ноа. Да. Ноа Морт.
- Ноа Морт? – Недоверчиво переспрашивает Мэри-Линетт и усмехается. – Шутишь?
- К то это? Вы его знаете? Мама сказала, я должна с ним встретиться.
