Следующий остаток пути прошел тяжело и в глубоком молчании. Говорить было не о чем и не за чем, все было и так ясно. Глупые, понадеялись на то, что смогут уйти невредимыми с помощью допотопных средств от столь сильного демона. Особенно погано себя чувствовала Ева. Она прожила столько лет, тщательно обдумывая каждый свой шаг, будто бы вся ее жизнь являлась шахматной партией, отважилась на столь безрассудное предприятие. Это можно было простить юнцу-Эллиоту, безбашенной Шизе и даже Охотнику, но не ей. Внутри поселилось легкое, но все же скверное чувство. Отчего-то лич чувствовала, что камень вины за то, что случилось сегодня, во многом лежит именно на ней. Именно она, как самое холодное и расчетливое звено команды должна была остановить всех от этого шага, заставить придумать другой план. А в результате — ни информации, ни каких-либо планов на будущее.
Машина приехала быстро. Охотник, уже находясь в такси, не спускал глаз с задумавшейся Евы. Ему, как человеку привыкшему видеть чужие смерти, было не в первой находиться на поле боя и вытаскивать собственных товарищей чуть ли не с «того света», но в этот раз все было иначе. Мужчина понимал, что спасся только благодаря тому, что стрелял издалека, и демон его особо не тронул, не сочтя весомой угрозой. Это задевало самооценку мужчины и радовало одновременно, ведь если бы он тоже там сейчас полег, то Ева бы точно долго еще возилась с их телами, если бы вообще стала с ними что-то делать. Кто знает, какие мысли тогда возникли в голове у лича. Был бы он высшей нежитью, то непременно бросил всех, как ненужный балласт, и отправился дальше жить свою тихую, скрытую от других людей жизнь. Но Ева сейчас была рядом с ним, значит, что-то очень важное заставляло её продолжать этот путь. Теперь Охотника съедало любопытство об истинной причине их поездки. С самого начала было ясно, что поиск высшего вампира, если он вообще существует, — лишь прикрытие для более весомого мотива, центром которого была эта несуразная девчонка. Мужчина открыл рот, чтобы напрямую задать личу интересующий его вопрос, но вовремя осекся, решив, что сейчас далеко не самый подходящий для этого момент.
Таксист, который удивился, увидев своих пассажиров, молчал и даже сделал потише радио. Он время от времени поглядывал в зеркальце и сглатывал слюну от нарастающего страха. Особенно его пугала Ева в своём, если так можно сказать, истинном обличье. Не всегда увидишь высокий скелет с кое-где виднеющимися остатками кожи и мышц, облаченный в классический женский костюм. Конечно, Охотник пояснил, что они идут с готической вечеринки на кладбище, поэтому и выглядят так странно. Таксист отнесся к этому скептически и уже протянул руку, чтобы потрогать столь искусно сделанную «маску» на лице Евы, как тут же получил небольшой хлопок по руке от недовольного пассажира. Спорить с дедом, одетым в грязную военную форму, водителю хотелось меньше всего, поэтому он вернулся к своей работе молча, время от времени окидывая беглым взглядом, отражающихся в зеркальце лежащих на заднем сиденье людей. Он предложил довезти их до больницы или же вызвать скорую, но тут же получил резкий отказ. Еве уже порядком надоело излишнее любопытство этого человека: она порекомендовала ему заниматься своей работой и лучше следить за дорогой, а не за самочувствием других.
Несмотря на то, что поездка была недолгой, таксист миллион раз успел пожалеть о том, что взял к себе этих пассажиров, а не позвонил в полицию. Порванная одежда, капли крови и двое человек без сознания — явно не были признаком веселой и бурной попойки. Нутром чуял, что эти четверо в чем-то противозаконном замешаны и именно поэтому обо всем говорят общими фразами. Но, стоит отдать им должное, деньги водитель получил не только в полном объеме, но и еще сверху за то, что все-таки довез по нужному адресу, не позвонив ни в какие органы. Охотник посоветовал ему забыть эту поездку, как неприятный сон, и отправиться работать дальше. Мужчина сунул таксисту в карман еще несколько шуршащих купюр, закрепляя в памяти тем самым свои слова. Этот жест неплохо отбил всякое желание сдавать странных пассажиров полиции. Охотник, в отличие от Евы, которая работала только методом запугивания, знал, как можно заслужить людское молчание. А дальше дело оставалось за малым: поднять все тела на этаж и заняться уже привычными медицинскими процедурами.
