Итак, Ред Харпер отправится вечерним самолетом в Лондон, чтобы прояснить вопрос с Суини. Что же касается Карденаса, то он полетит в Коста-Рику и все там разнюхает, после чего вернется в Медельин уже апробированным при отъезде путем.
Спустя шесть часов Харпер покрутился на сиденье, чтобы слегка размять члены, затекшие от долгого сидения в неудобном кресле. Не обращая внимания на фильм, демонстрировавшийся в затемненном салоне эконом-класса, он еще раз мысленно перечислил факты, с которыми ему и членам его группы предстояло иметь дело.
Первый. Моралес тратит крупные суммы в Медельине. Ему требуются пятьдесят миллионов для реализации затеянного им грандиозного проекта. Эти деньги должны поступить в виде двух трансфертов: половина из Уругвая, половина из Испании.
Второй. Перевод денег в Уругвай и Испанию осуществлялся из банка «Креди Сюисс» в Женеве со счета адвокатской конторы «Суини, Таллей и Макэндрюс».
Третий. Моралес эти деньги не получит. В офис директора ДЕА поступило сообщение из государственного департамента, что счета в Уругвае и Испании заморожены.
Но наряду со всеми этими установленными фактами существовали вопросы, на которые служба ДЕА ответить пока не могла. Кто такой Том Клейтон? Какое отношение к этому делу имеет Энрике Шпеер? С какой целью Суини поехал в Лондон? Как все эти люди вписываются в схему Моралес-Салазар? По мнению Харпера, если удастся найти ответы на данные вопросы, то можно нанести Моралесу смертельный удар и скорее всего надолго вывести из игры Салазара.
Из Хитроу Харпер сразу поехал в свой отель — четырехзвездочную гостиницу «Британия» на Гросвенор-сквер, расположенную по диагонали через улицу от посольства Соединенных Штатов.
Приняв душ и сытно позавтракав, Харпер прошел по Гросвенор-стрит и с бокового входа вошел в находившееся там большое здание. Предъявив стоявшему на часах морскому пехотинцу удостоверение министерства юстиции, он поднялся в лифте на третий этаж, где располагался офис ФБР. Специальный агент Дрейк уже ждал его.
— Один посетитель, — объявил Дрейк, заглянув в свои записи. — Вторая половина дня в среду. Рост — шесть и один, вес — около двухсот фунтов. Мужчина европейского типа. Темные волнистые волосы, шикарный костюм, имя установить не удалось.
— Сколько времени они общались?
— Извините, не заметил, как он вошел. Уехал на такси. Мне удалось узнать у швейцара, куда он поехал. Кенсингтон-сквер. К сожалению, без номера.
— Спасибо. Британцы уже подключились к работе?
— Да, со вчерашнего вечера.
Харпер решил, что позвонит в Скотленд-Ярд позже, а пока попросит о содействии у ФБР. Что, если этот Том Клейтон все-таки американец? Сотрудники Харпера уже просмотрели файлы ДЕА, ФБР и полиции Нью-Йорка на этот предмет, но ничего достойного внимания не обнаружили. Зато компьютер министерства транспорта выдал целых шестьдесят Томов Клейтонов, обладавших нью-йоркскими водительскими правами, причем трое из них штрафовались за различные нарушения. У ДЕА, однако, не имелось ресурсов, чтобы всех их отслеживать, поэтому вопрос завис. Кроме того, не было никаких причин считать его американцем. Харпер, например, думал, что он британец.
— В посольстве есть список американских граждан, живущих в Лондоне? — поинтересовался Ред.
— Какой-то есть, но наверняка неполный. Никто не требует, чтобы они регистрировались. Наиболее заметные субъекты почти наверняка входят в списки лиц, приглашаемых в посольство на приемы по случаю различных праздников. А список американцев, живущих здесь продолжительное время, надо искать в визовом отделе.
— Куда-нибудь еще можно заглянуть?
— Разумеется. В списки членов торговой палаты, сотрудников коммерческих предприятий, страховых фирм, банков и так далее… Ну и в лондонскую телефонную книгу, конечно. — Дрейк достал с полки толстый том с именами членов различных коммерческих организаций и открыл на букве «К». — Вот пожалуйста: Клейтон, Кенсингтон-сквер, шестьдесят один, Лондон, Вэ-восемь. Подойдет для начала?
— Давайте его проверим. Я хочу знать, кто этот человек.
Тони Салазар проснулся в одиннадцатом часу, вылез из постели и положил перед собой на стол список из шести имен, телефонов и адресов. Потом набрал первый номер.
— Говорит оператор международной связи, — сказал он деловым голосом. — Нам поступил звонок из Нью-Йорка на имя мистера Тома Клейтона. Будете оплачивать разговор?
— Тома Клейтона? Меня зовут Терри Клейтон. И потом: что значит, буду ли я оплачивать разговор?
— Скажите, мистер Томас Клейтон у вас проживает?
— Здесь нет никакого Тома Клейтона, приятель. Как я уже сказал, меня зовут Терри Клейтон. И кто вообще звонит? И почему я должен этот звонок оплачивать?
— Извините, сэр. Похоже, мне дали не тот номер. — Салазар повесил трубку и вычеркнул первый адрес из списка.
