Воспользовавшись прибором, изменяющим голос, и не подавая на экран своего изображения, я позвонила в квартиру Орчида и сказала, что собираю пожертвования в пользу кампании за объявление вне закона азартных игр на Эпиметее. Мне ответил Риглиус.
Я рассказала ему свою легенду, и он послал меня подальше. Оставаясь вежливой, я спросила, нет ли в квартире кого-то еще, кто оказался бы более щедрым.
Он предложил лично помочь мне отправиться туда, куда послал раньше.
Я спросила, нет ли там еще кого-нибудь, с кем могла бы поговорить, и сказала, что мне известно, что там живет еще Поли Орчид. Я постаралась, чтобы это прозвучало так, будто Орчид был спасителем всех угнетенных.
— Да, — ответил мне Риглиус, — Орчид дома, но он занят, и уж, конечно, подобная чушь его не интересует.
Мне только и нужно было узнать, что он дома.
Мы вчетвером подошли к зданию. Я отступила, держа пистолет наготове, а киборг тем временем расправился с системой охраны двери.
Но первым в дом вошел не киборг. Когда дверь распахнулась, я, опередив всех, ворвалась в квартиру.
Да, квартирка неплохая, просторная, но эта парочка относилась к ней не так, как она заслуживала. Квартира была отделана в темно-бордовом и красном тонах. На золотистых стенах не было видно голографических экранов, лишь в одном углу висел дешевый видео. Вся обстановка — обычная, без модных новшеств: никаких периодических смен цвета или ножек, поддерживающих предметы, зависшие в воздухе. Да и вообще мебели было немного. Видимо, Орчид и Риглиус истратили все свои свободные деньги на то, чтобы снять эту квартиру, а на приличную обстановку не хватило.
А возможно, они просто решили не тратиться на мебель, так как эта квартира — все равно лишь временное жилье. Когда провернут здесь свое дельце, они оба отправятся на Прометей.
Лучшим предметом в комнате была большая темно-бордовая софа, стоявшая у стены. На ней и сидел Риглиус.
Я бросилась на него. Он увернулся, как-то неловко наклонившись в сторону, и я с размаху ударила его ребром ладони по горлу.
Риглиус застонал и схватил меня в охапку.
Наверное, он решил, что сломает меня пополам — я ведь такая маленькая, особенно, по сравнению с ним.
Но меня не так-то легко сломать.
Я схватила его за подбородок и ударила головой о стену. Сильно ударила дважды о стену, затем — рукояткой пистолета по горлу, и почувствовала, как Риглиус обмяк. У него заурчало в желудке, и мне это показалось странным и неуместным.
Может, это из-за моего удара?
На помощь спешил киборг, но я жестом остановила его: это сугубо личное дело. Риглиус хотел меня убить.
Здоровяк продолжал хватать ртом воздух. Я надавила пальцем на его левый глаз. Ему повезло, что ногти у меня еще не отросли.
Риглиус попытался закричать, но не смог, потому что я ударила его по горлу пистолетом и засунула ему в рот кулак.
У этого идиота даже не хватило ума укусить меня, поэтому я просто колотила его головой о стену, пока он не отключился.
Говорю вам, черт возьми, я почувствовала огромное удовлетворение, что наконец смогла сделать нечто настолько простое и эффективное. У меня очень строгие принципы на предмет излишнего применения силы, но иногда я о них забываю, что, конечно, не следует делать. Когда Риглиус начал медленно сползать по стене, я отошла от него, чтобы не мешать ему падать. Он приземлился на угол дивана, которому удалось таким образом изменить свою форму, чтобы не дать Риглиусу упасть на пол.
Там Бобо и остался лежать в полубессознательном состоянии. В животе у него снова заурчало, я засмеялась.
Толстяком занялась женщина из моего прикрытия: она села на него, приставив ему к горлу свои когти.
Киборг тем временем уже открывал двери спальни. В первой никого не оказалось, лишь в центре комнаты парила белая неубраная постель, да в одном углу стоял гардероб-автомат — и больше ничего.
Орчид был во второй спальне, выполненной в золотисто-красных тонах, которая поглотила, видимо, все деньги, сэкономленные ее хозяином на отделке остальных. На стенах висели огромные голографические экраны, причем на всех четырех изображались эротические этюды. Но мне недосуг было обращать на них внимание. Орчид, со спущенными штанами, лежал в постели с какой-то женщиной. Чтобы ничто не мешало ему получать удовольствие, он включил защитное поле и поэтому не услышал шума, который мы произвели в соседней комнате.
Я подбежала к кровати и схватила Орчида до того, как он успел нас заметить. Приемом сбросила его на пол, а когда он открыл рот, чтобы выразить свой протест, я засунула туда ствол своего пистолета.
Женщина закричала, но парень с клыками оттолкнул ее в угол комнаты, так что она была нейтрализована на время моих переговоров с мистером Орчидом. Женщине позволили поправить наряд, состоящий из каких-то оборочек плавно сменявших друг друга цветов, не способный ничего скрыть. Но пистолет все-таки был приставлен к ее горлу.
Киборг встал у входной двери и, периодически чередуя, оглядывал улицу и комнаты. Хорошая, основательная работа.
— Итак, мистер Пол Орчид, — сказала я, — нам нужно кое о чем потолковать.
