— Думаешь, если бы я сказал твоему отцу, что ты носишь моих близнецов, он бы перестал скрипеть зубами каждый раз, когда я прикасаюсь к тебе?
Я поднимаю на него брови.
— Неа. Он обрадуется внукам, но думаю, что в остальном ничего не изменится.
— Даже если мы скажем ему, что поженимся в следующем месяце?
— Нико!
— Тогда через два месяца. Мы можем устроить свадьбу здесь, в Гармонии. Видит Бог, мне не терпится привезти сюда Вителли, — размышляет он.
— Я знаю, что Данте здесь чертовски понравится, и он может даже заставить Сэла потерять девственность.
Он на самом деле говорит серьезно.
— Эй, попридержи коней, уже занимаешься планированием свадьбы, Ромео. Ты ничего не забыл?
— Что, невесту? Когда я последний раз проверял, она была со мной на одной волне.
Я качаю головой.
— И этому жениху нужна интенсивная терапия из-за его грандиозных заблуждений.
Нико на мгновение замолкает, а затем говорит странно холодным голосом:
— Проверь мой левый карман,
Затем он зарывается лицом мне в шею, его губы касаются трепещущего пульса — движение, которое всегда заставляет мое сердце бешено биться.
— Что там?
Он подталкивает меня бедром, и это движение невольно передает его возбуждение в мою поясницу.
— Давай.
Я тут же протягиваю руку позади себя и сжимаю его член, чувствуя знакомое напряжение. Не прошло и часа, как он трахнул меня, а я уже хочу его снова.
— Нико… — шепчу я, поглаживая его напряженную длину.
Его ладонь касается моей задницы с восхитительным жгучим привкусом.
— Не там, ты, жадная маленькая шалунья, — ругается он. — Я сказал, левый карман.
Я краснею, находя его резкий тон и шлепанье невероятно возбуждающим.
— Господи, Нико, ты иногда такой раздражающе властный, ты это знаешь?
Он только ворчит, продолжая целовать мою шею, а я засовываю руку в левый карман его брюк. В тот момент, когда мои пальцы сжимают маленькую бархатную коробочку, у меня пересыхает во рту.
О Боже, он хотел сделать это сегодня.
Объятия Нико становятся крепче.
— Достань ее, — шепчет он, его дыхание согревает мою кожу.
Я убираю руку, мое сердце уже колотится. Это темно-зеленая коробочка, которая открывается легким нажатием. Я задыхаюсь при виде огромного кольца с бриллиантом, которое каким-то образом отражает суть всего, чем я являюсь.
Это кольцо с изумрудной огранкой, выполненное в платине и украшенное кельтскими узорами по бокам.
— Боже мой.
Слезы наворачиваются на глаза и забивают горло.
— Тебе нравится?
Внезапно альфа-дон исчезает, и я чувствую исходящее от него напряжение.
— Я… я думаю, могло быть и хуже, — начинаю я, пытаясь пошутить, но с треском проваливаюсь, потому что мои ноги решают сделать это надоедливое подпрыгивание на месте. — О, черт. Оно мне нравится. Оно мне очень сильно нравится.
Хорошо, мы поняли. Успокойся, Соф.
Нико разворачивает меня лицом к себе. Голосом, который напоминает медленное прикосновение его мозолистой ладони к моему позвоночнику, он говорит.
— София Лорен Келлан. Мой маленький вспыльчивый человек. Ты… — он колеблется, словно подыскивая нужные слова, — …сокровище, которого я не заслуживаю, но которому я всю свою жизнь буду доказывать, что я достоин. Ты, без сомнения… лучшее решение, которое я когда-либо принимал.
Теперь мои слезы текут ручьем, и я понятия не имею, почему я вдруг киваю, потому что он еще ни о чем меня не спрашивал…
— Выходи за меня, — шепчет он.
Это отчаянная просьба и приказ.
И теперь, когда он спросил, я потеряла дар речи. Его слова так прекрасны, но гораздо больше, меня приводит в восторг, что он сказал их мне. Несмотря на всю эту самоуверенность и доминирование, он нервничает. Теперь, когда я думаю об этом, я понимаю почему он всю неделю нервничал.
Не в силах говорить, я просто протягиваю ему руку.
Сверкая улыбкой с ямочками, он осторожно снимает кольцо и надевает его мне на палец. Это идеальное решение, но я не ожидала бы от Нико чего-то меньшего.
— Нико?
— Да, детка?
Он нежно проводит большими пальцами по моим скулам, вытирая слезы.
— Как ты меня раньше называл? Лучшее что?
Он смотрит на меня, его глаза горят любовью и оттенком веселья.
— Лучшее решение, которое я когда-либо принимал, — повторяет он.
— Ты не хотел сказать «лучший заказ, который ты не выполнил»?
Его улыбка становится шире, от него исходит чистая радость.
— Черт, да. Не знаю, что на меня нашло, но я перестал бороться сразу, как только увидел тебя.
Мой смех переходит в удовлетворенный вздох, когда я поднимаюсь на цыпочки, чтобы прошептать ему на ухо.
— Да, я выйду за тебя замуж, Доменико Вителли.
Он дразняще выгибает бровь.
— Ну, я не вижу, чтобы у тебя был другой выбор в этом вопросе, но, блять, ты сказала «да».
Я смеюсь, игриво толкая его, и он отвечает, побуждая меня оттолкнуться от него и принять боевую позу. Его глаза приобретают дикий блеск, а эрекция в спортивных штанах дергается. Его реакция такая же, как я и предсказывала.
— Правда, Воробушек? Ты понимаешь, что только что заслужила наказание за это.
Он наклоняет голову, глядя на мои поднятые сжатые кулаки.
— Сначала тебе придется поймать меня… ах! — я даже не увидела, когда он начал двигаться.
