Смертельные игры Пустоши. Стражница полностью

— Майстрим! — рвано и испуганно выдохнула Еля. — Нет! Это же Рональд!

— Ты рехнулась? — прорычал Дух, хватая девушку в охапку и встряхивая. — Сейчас это не твой напарник. Это Её прислужник. Как и все остальные Стражи. И он опасен. А его цель остановить нас, чтобы дальше ты шла одна.

— Не убивай его! Май! Нет! — из Ели выходили какие-то хриплые болезненные звуки. Она как бабочка трепыхалась в объятиях Духа.

— Да приди ты в себя, чокнутая баба! — зло зарычал Дух. — Успокойся! А то твой друг разделается с твоим мужчиной.

— Рональд не сможет победить Мая! — не менее зло в ответ процедила Еления, пытаясь вырваться из крепкой железной хватки смертника. — Май искуснее и сильнее Рона!

— Тварь подчинила твоего друга себе, девочка, и руководит им, — Дух развернул Елению к себе, схватил за подбородок и низко наклонился к перекошенному от страха лицу. — Вспомни себя… некоторое время назад. Никто не мог с тобой справиться. Ты убила всех.

Еля вздрогнула и окаменела.

— Стражи стали невероятно сильны. Император сделает то, что должен, а мы должны идти вперёд, — мягче проговорил Дух. — Пока она не потеряла терпение. Ещё немного и будет поздно. Ты станешь ей не нужна, и тогда мы никого не сможем спасти.

«Никого не сможем спасти…» — это фраза будто молотом ударила Елю по голове.

В сердце так болезненно кольнуло, так сдавило грудь, что Еля не могла вдохнуть. Она вдруг остро поняла, как ей дороги те двое, что сейчас столкнулись в смертельной битве. Что без Майстрима и Рона ей всё равно, даже если весь мир Арде погибнет… Она не могла потерять ни того, ни другого.

Еля трансформировалась мгновенно, вырываясь из железной хватки Духа. Фурией бросилась к сражавшимся мужчинам, но тут же, как пушинка, отлетела к стене, отброшенная уверенной рукой Мая.

— Не лезь, — отрывисто бросил он, отражая новый удар Аверина, кружась вокруг своей оси.

— Майстрим… — Еля ловко вскочила на ноги и снова бросилась к мужчинам. Перед глазами мелькнуло равнодушное лицо Рональда с глазами, в которых не было никакого выражения.

— Рехнулась?! — И снова Май оттолкнул её, на этот раз сильнее и дальше.

Еля распласталась на грубом каменном полу, содрав ещё больше ладони и стесав щеку и подбородок. Не успела она вскочить на ноги, как сверху на спину упал Дух, пригвождая её к земле.

— Хватит, — шикнул смертник.

— Не убью, Еля, — рыкнул Май. — Иди. Дух знает, что делать.

— Май, заставь его всё вспомнить, — умоляюще проговорила Еля. — Он сможет.

— Как? — прокряхтел Майстрим, с трудом отражая участившиеся удары мрачного и спокойного бывшего соперника. — Сейчас это… не твой… Рон… Это другой…человек, — проговорил тяжело с перерывами.

— Май, я знаю о чём говорю. Он должен вспомнить… всех. А потом память рода поможет ему стать сильнее. Он освободится.

— Бред, — процедил сверху Дух.

— Она вселилась в меня, и я почти умерла… — громко проговорила Еля, зло и с силой сталкивая с себя крупную фигуру смертника, поднимаясь на ноги. — А потом я увидела родителей, и они подсказали выход. Нужен огонь, Май. Любой. И он вспомнит.

— Иди, Еля, — выдохнул Май. — Я запомнил. Идите. Оба!

— Рон безумно любил маму… — выдохнула Еля в отчаянии.

Дух схватил девушку за руку и потащил за собой вперёд. Больше Еля не сопротивлялась. Майстрим не станет убивать Рона, а другу не справиться с лучшим воином Ровении.

Ведь не справиться же?

Воспоминания об умершем Конели пришли некстати.

Страх. Боль… Бессилие…

И снова отчаяние затапливает душу. Если Рон хотя бы наполовину силён так, как она, когда Пустошь в неё вселилась…

Еля обернулась, в огромных чёрных глазах застыло горе.

— Я люблю тебя, Май! — закричала она на разрыв, и голос её гулким эхом отразился в каменных коридорах катакомб. — Больше жизни! Пожалуйста… Боже… береги себя!

Сжав с силой челюсти, крепко сжимая в одной руке меч, в другой — запястье иномирянки, Дух упрямо тащил девушку за собой, и, сделав ещё несколько широких сильных шагов по подземному ходу, буквально втолкнул Елю в неожиданно открывшийся перед ними огромный каменный зал.

— Похоже, пришли, — сквозь зубы процедил смертник, дергая к себе девушку. — Давай соберись. И пошли спасать этот грёбаный мир.

В огромном каменном зале с высоким потолком, который поддерживали внушительного вида колонны, исписанные замысловатыми древнейшими рунами, было совершенно пусто.

Еля истуканом застыла на входе, с изумлением рассматривая многочисленные чёрные плиты с точно такими же рунами, как на колоннах, которыми был выложен пол зала и которые издалека напоминали пчелиные соты.

Почему именно соты?..

Атмосфера в зале, несмотря на его абсолютную пустоту, давила и действовала на нервы, хотелось съёжиться, спрятаться, замереть и не двигаться.

Или бежать…

«Ты поздно», — без эмоций прошептала Пустошь.

От неожиданности Еля вздрогнула, липкий пот страха мгновенно покрыл тело. Еления нервно заозиралась вокруг, хотя подсознательно понимала, что не сможет увидеть кровожадного монстра.

«Вс-стань в центр. С-самая центральная плита».