— Как у тебя с построением парных порталов? — тихо поинтересовался Брасиян, а встретив его непонимающий взгляд, пояснил: — Надо же будет его оттуда телепортировать, если мы вдруг рухнем. Один я вряд ли успею...
— Не пробовал... — боевик окинул транспортное средство еще одним взглядом. — Я помню схему. Сделаю заготовку.
На лице отца не дрогнул ни один мускул, но в светлых глазах появилось тоскливое выражение. Словно он уже прикидывал, с какого расстояния им придется плыть самостоятельно, стараясь не потерять тяжелое оружие и не применять магию. И без того нелегкое задание теперь представлялось невыполнимым...
Тем временем часть бока "жука" отползла в сторону, и из его нутра выпрыгнул Пьетр. На нем болтался мешковатый серо-голубой комбинезон, весь в пятнах краски и чего-то еще. Волосы торчали дыбом. Но на лице играла совершенно счастливая и немного безумная улыбка, а глаза горели неприкрытым восторгом.
— Ну, как вам?! — он окинул всех вопросительным взглядом, как мальчишка, ожидающий похвалы. — Сто пять километров в час! И это только первая модель!
Скорость последнего мобиля, получившего одобрение совета, достигала примерно ста пятидесяти, но ее никто не использовал, предпочитая стандартные шестьдесят. Максимум сто. На пустых перегонах от города до города. А здесь сто пять. По воздуху. Над морем.
Олеж прочистил горло. В наступившей тишине звук получился чересчур громким.
— Впечатляет, — выдавил он. — Будем садиться?
Присутствующие сразу же вспомнили, зачем они здесь собрались. Боевики сделали каменные лица, ведьмы обменялись взглядами. Жерар встал на ноги и раскрыл сверток. Достал содержимое и подошел к ним, держа в каждой руке по двухметровому гарпуну с впечатляющими зубцами.
— Заточка у них первоклассная. Сталь лучшего качества. Вода и соль не помеха. Алхимики расстарались во всю. Должно сработать. Главное — бейте точнее.
Светлый забрал оружие, заново привыкая к тяжести. Они успели пару раз потренироваться с первыми примерами гарпунов, но времени было мало. Большую сноровку не приобретешь. Остается рассчитывать на точность удара.
Как выяснили целители после препарирования нескольких тварей - у осьминога два уязвимых места: сердце и нервный узел. У мелких последний отвечал лишь за прием приказов, но как объяснил Илей, со временем он должен трансформироваться и дозреть до более сложного уровня. Самое плохое, что оба органа требовалось поразить почти одновременно. Осьминог обладал огромной скоростью регенерации и с пробитым сердцем мог существовать довольно долго. Достаточно, чтобы вытащить гарпун и залечить рану. А вот поражение нервного узла его с большой долей вероятности парализует. Придется действовать очень четко и слаженно, чтобы добиться результата.
— Надеюсь, с торможением падения у вас все хорошо, — не меняясь в лице, продолжил оружейник. — Удачи.
Он отошел к супруге, задумчиво накручивающей локон на палец. Судя по выражению лица, "жук" не вызывал у нее доверия. Как и у всех остальных... Где-то в глубине души каждый радовался, что не ему придется испытывать новое изобретение на прочность и надежность.
Брасиян на ходу навесил маячок для портала, чтобы в случае крушения телепортировать Пьетра с его изобретением на берег. Боевики проследят, чтобы на пляже никто не появился. А их, в крайнем случае, заберет корабль. "Комета" — быстрое и легкое судно, оснащенное самыми мощными щитами — стояла на якоре в стороне, ожидая сигнала. Эвакуация продумана. Если у них получится вернуться самостоятельно — хорошо. Тогда часть приготовлений не пригодится. Но велика вероятность, что после боя с осьминогом сил не останется вообще.
Олеж первым заглянул в кабину "жука". Она оказалась пустой и более просторной, чем казалось снаружи. В носовой части мигали лампочки приборов и располагалось кресло Пьетра. Затем оставалось много пустого пространства и уже в задней части находился еще один ряд кресел с ремнями. По крайней мере оружие влезет. И они не выпадут по дороге.
— Я приготовил специальные крепежи для гарпунов, — изобретатель протиснулся мимо него и указал на крючки на полу в центральной части кабины. — Жерар сказал мне размеры и прислал эскизы. Здесь они точно никуда не денутся.
Он с энтузиазмом помог зафиксировать оружие, а затем приветливо махнул рукой в сторону мест для пассажиров.
— Садитесь. Ремни прочные, над морем может немного болтать.
Он говорил что-то еще про движение воздушных масс и то, как они влияют на скорость полета. Но боевик уже не слушал, разбираясь в креплении ремней. Отец молча устраивался рядом. С берега не доносилось ни звука. Но пристальное внимание всех присутствующих ощущалось буквально кожей. Не хватало только похоронной музыки.
— Ты не спрашивал у Гипноса на счет прогноза по сегодняшнему дню? — поинтересовался Олеж, наблюдая, как Пьетр закрывает дверь и устраивается на своем месте.
— Он отказался отвечать.
— То есть мы можем просто не долететь до места... Отлично.
